На роскошной даче оперной примадонны Марины Зверевой происходит серия убийств: убит её муж, задушена сама певица, убита её подруга. Следователь Игорь Градский должен разобраться, является ли это делом маньяка или преступления имеют более сложный замысел, связанный с секретами знаменитой певицы.
Раздел Chitat.online для книги «Темный инстинкт» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
На роскошной даче оперной примадонны Марины Зверевой происходит серия убийств: убит её муж, задушена сама певица, убита её подруга. Следователь Игорь Градский должен разобраться, является ли это делом маньяка или преступления имеют более сложный замысел, связанный с секретами знаменитой певицы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Татьяна Юрьевна Степанова Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
На роскошной даче оперной примадонны Марины Зверевой происходит серия убийств: убит её муж, задушена сама певица, убита её подруга. Следователь Игорь Градский должен разобраться, является ли это делом маньяка или преступления имеют более сложный замысел, связанный с секретами знаменитой певицы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И нам пора.
— А со Зверевым теперь как же? То, что ты мне рассказал, — это теперь куда?
— Куда? А бог его знает. Я уже сказал: с точки зрения обычной логики, в данной ситуации первый кандидат в убийцы — Шипов. Но.., мы же с тобой нелогические люди.
И ситуация тут с каждым часом меняется, а посему…
К черту пока и Шипова! Именно потому, что с ним все так ловко сейчас укладывается в банальнейшую схему: зависть — ревность — братоубийство — устранение препятствий в лице верной подруги. А если честно, то Зверев меня как раз больше сейчас интересует. Знаешь, мне кажется, что с ним мы попали пальцем в небо. Их отношения с Алисой несколько иные, чем нам представлялось. Мне его даже жаль стало.
— Его? Это, по-моему, ее жалеть надо.
— Павлин наш доигрался, понимаешь? Сначала все шло гладко и ему льстило, что девчонка, которая его почти на двадцать лет моложе, так из-за него переживает — и к бутылке липнет, и по пятам за ним бегает. А потом он вдруг понял, что не только из-за его прекрасных глаз она так изводится, а в основном потому, что он — брат женщины, которая для этой девчонки, быть может, значит да и значила гораздо больше, чем этот герой-любовник со всем своим шармом. Это уязвило, захотелось доказать, что и без родственных связей он еще ого-го! Доказывал-доказывал, соблазнял-соблазнял, играл-играл и.., сам не заметил, как стал несвободен. Когда сорокалетний мужик начинает играть с молодой девицей, то.., неизвестно еще, кто в проигрыше останется. Возраст, знаешь ли, располагает к разным сентиментальным сюрпризам.
— Эта категория стала для нас уже постоянной. — Мещерский отодвинул штору: робкое солнце заглядывало в комнату. — Тут с каждым часом все меняется — ты прав, а вот понятие возраста присутствует во всем. Мы очень часто стали употреблять это слово, не находишь? Может, потому, что и с нашим возрастом, Вадя, это как-то связано? Может, мы с тобой не доросли еще до всего этого, а?
— Ну да, сосунки-несмышленыши. Я, наверное, точно не дорос. Ну а если продолжать про Зверева.., он ненавязчиво внушал мне, что финт с бритвой — Алисиных рук дело и бритва эта предназначалась именно Марине Ивановне. Однако бритва — это одно дело, а убийства — совсем другое. И вот по поводу убийств он никаких выводов не сделал. Напротив, постарался убедить меня, что Алиса — существо бескорыстное и деньги ее не интересуют. Ну, положим, он лгал мне. И все как раз наоборот. Тогда получается, что смерть мужа Зверевой как наследника выгодна и этой девице, а вот смерть аккомпаниаторши…
— Тоже выгодна, — поддакнул Мещерский. — По логике это так, потому что именно Майя Тихоновна отговорила Звереву написать завещание, по которому Алисе тоже причиталась порядочная сумма. Тихоновна была ее врагом — если все, конечно, тут упирается в деньги.
