Темный инстинкт — читать онлайн бесплатно полностью

Он рванулся, но она вцепилась в халат намертво — в образовавшуюся прореху мелькнуло голое тело, а потом…

Сидоров молча разнял их. За воротник сдернул халат с Шилова, обнажив его до пояса, и они увидели, что плечи и спина того покрыты синюшно-багровыми полосами. Это были следы от ударов.

И тут их оглушил крик Зверевой:

— Убирайтесь вон! Вон, я сказала! Это мой дом, здесь я хозяйка! И никто не смеет со мной разговаривать таким тоном! А вы, — это адресовалось Сидорову, — вы, кажется, забыли, где вы находитесь и с кем. Вы не услышите от меня ни единого слова без моего адвоката!

— А я не планировал на сегодня с вами беседы, Марина Ивановна, — холодно отрезал опер и взял Шилова за руку. — Идем-ка, малый. Штаны твои где? Не забудь только «молнию» застегнуть.

Глава 31

ИЗВРАЩЕНИЕ

Уже в холле Кравченко услышал, как Зверев прошептал-простонал, словно бы про себя, но так, что это, однако, стало достоянием всех:

— Боже, такой дом был, такой счастливый дом, такая семья. И все пошло прахом. Все рухнуло. Все!

— Судьба, — откликнулся Корсаков. — Хоть нам и непонятны ее пути, но это судьба.

— Бардак, — отчеканил Сидоров."

"Они стояли в холле: три группы людей, а между ними — словно пропасть: семья — Новлянские (Алиса хмуро уставилась в пол), Зверев, Корсаков и Файруз, чужие — Кравченко, Мещерский и опер и отверженный и ужасно одинокий Егор Шипов, теперь, видимо, окончательно перешедший в разряд неприкасаемых.

— Ступай наверх, — приказал ему Сидоров. — Посиди и подумай, если тебе есть над чем подумать. — Он хмуро обвел взглядом семью. — Ну? И кто мне что-нибудь объяснит?

Кравченко увидел, как Сидоров сверлит взглядом Корсакова. Тот побледнел, потом покраснел, меняя цвет, как хамелеон. ""Ишь ты, любовничек мировой знаменитости.

Самого интересного о своих отношениях с этой женщиной ты, оказывается, и не сказал. Но нет, и Корсакова сейчас не стоит долбать. Сидоров на него явно плохо действует.

А попросту говоря — любовничек трусит перед опером. А с трусами о таких делах лучше не разговаривать"".

Пит? Кравченко покосился на Новлянского. О, этот сейчас прямо рвет и мечет: ишь как ноздри раздуваются от бешенства. Неужели действительно он настолько переживает за свою приемную мать? Или это тонкий расчет?

Файруз? Этот, кажется, после «зартошти» еще не оклемался, дай…

— Я бы хотел с вами поговорить, — голос Зверева звучал преувеличенно спокойно. — Вы, трое, пройдемте со мной.

— Мы поднимемся на террасу, — сказал Мещерский.

Проходя мимо комнаты Шилова, они увидели через открытую дверь, что он, сгорбившись, сидит на постели.

Порванный халат валяется на полу.

«Алиска при всех обвинила его в убийстве, — думал Мещерский. — Высказала вслух то, что час назад мы обсуждали с Вадькой. Пистолет еще приплела.