В черном маге, который за год не может справиться с бытовым проклятием — ты будешь видеть отражение из альбома. Тощенький, но объемный том на самом деле состоит из зеркала-артефактов, каждый из которых запечатлевает портрет аристократа королевства Риртон на твоем лице....
Сережки с легкими капельками солнечного камня, в которых угадывались амулеты связи. Интересный кулон на тонкой золотой цепочке и вдовье кольцо на пальце с тусклым и блеклым камнем в старинной на вид оправе.
Роскошь была в ней самой. В гордой посадке головы. В изящных руках. В сияющей коже с морщинками в уголках глаз, в сапфировом блеске самих глаз – мудрых, невероятных, прекрасных, как звезды. В золоте ее волос, заколотых на висках и свободно ниспадавших на плечи. Я даже на миг заподозрила в ней нечеловека – слишком красива, как айэни.
Женщина тепло улыбнулась.
– Совсем ты, Саргор, детей загонял. Хотя… – Она прищурилась, и ее взгляд стал пронизывающим, как ветер на горной вершине. – Не такой вы и ребенок, дорогая. Качественная иллюзия. Суафитская?
– Подарок Дэйтара, – процедил ректор сквозь зубы. – Позволь представить тебе леди Асгерд, маркизу Ривз, дочь герцога Грайсиера. Леди Асгерд, позволь представить тебе герцогиню…
– Ах, зачем эти пустые титулы? Зови меня просто Дарэль.
Но лорд, которого Дарэль почему-то называла Саргором, продолжил:
– …герцогиню Сириен-Веренскую, мою мать.
«Асси, ты дура», – сказала я себе. Темные небеса, какая же я беспросветная идиотка! А нечего подслушивать и делать выводы из обрывка фраз, не для тебя предназначенных!
Не знаю, как я смогла удержать лицо, непринужденно улыбнуться.
– Рада знакомству, герцогиня.
– На моей родине не приняты титулы, дорогая Асгерд. И у твоей матери вряд ли они были. Так?
– Она была баронессой.
– Глупости какие! Настоящий ее статус выше королевского, поверь мне. – Женщина неожиданно взяла меня за руки, подержала в ладонях, на секунду прикрыв глаза, и ее улыбка стала такой счастливой, что даже показалась блаженной.
– Ничего не понимаю, – прошептала я, слегка напуганная ее экспрессией.
А синеглазый магистр наконец улыбнулся и расслабленно выдохнул.
