В черном маге, который за год не может справиться с бытовым проклятием — ты будешь видеть отражение из альбома. Тощенький, но объемный том на самом деле состоит из зеркала-артефактов, каждый из которых запечатлевает портрет аристократа королевства Риртон на твоем лице....
Он что-то писал, когда я ворвалась в кабинет, проигнорировав ошеломленную моей наглостью секретаршу, которая как раз отвлеклась на заваривание чинфы[1]. Маг даже головы не поднял. Я видела только светло-русую макушку, прямой твердый подбородок и широченные плечи, обтянутые белым шелком.
– Я же сказал, мэйс Кария, – раздраженно сказал маг. – Я не люблю чинфу. Не тратьте время!
– А где господин ректор? – растерялась я.
Мужчина поднял голову, сверкнул синью глаз. И я лишилась дара речи.
Если бы я не знала, что у нашего короля нет родных братьев, то решила бы, что незнакомец – старший брат Артана Седьмого, настолько они были похожи.
"Отличались губы, более строгие, бледные и узкие, не такие красивые и яркие, как у Артана. Отличался абрис лица – более высокие скулы и решительный твердый подбородок. И цвет волос не золотистый, а более светлый, словно лунный.
Да и фигура, судя по видимой мне части, более крепкая, хотя и Артан не хлипкий мальчик, а вполне себе воин. И руки у незнакомца, державшие самопишущее перо, совсем не королевские – сильные, обветренные, с белыми полосками тонких шрамов. Что ж ты себя так не бережешь, красавчик?
Вот только не было никогда портрета этого мужчины среди потомственных аристократов Риртона, я бы ни за что не пропустила такой роскошный экземпляр, бегала бы наблюдать каждое утро и вечер, пытаясь понять по изменениям на портрете, какой у него характер, образ жизни, увлечения.
Объяснение такому отсутствию могло быть два. Первое – незнакомец помолвлен с рождения, а потом плавно и счастливо оказался женат на нареченной невесте. Нет в мире справедливости.
Но более правдоподобным был второй вариант – он не аристократ. И, возможно, магически измененный двойник короля. Но что он делает за ректорским столом?
Незнакомец так же увлеченно рассматривал меня, и сердитая складка на его лбу разглаживалась, а губы тронула невероятно мягкая для такого сурового лица улыбка.
– Ректор? – растерянно переспросил он.
Темные небеса! Точно таким невероятным, глубокого тембра голосом лучший актер королевского театра произносит самые проникновенные драматические монологи и признается в любви со сцены.
Я срочно поставила ментальную защиту – знаем мы эти визуально-акустические ловушки для романтических девиц.
