Тень Миротворца — читать онлайн бесплатно полностью

Думаю, завтра этот самый чиновник по особым поручениям будет тебя для чего-то опрашивать. Видно, показался ты принцу. Из того, что ты мне рассказал о себе, я имею в виду жизнь твоего визави, полагаю, можешь смело рассказывать как есть. Спросить всё равно не у кого. Ни дядька твой, ни приятель его из полиции уже ничего не скажут. А до остальных родственничков, что в деревне, — три дня полем, два дня лесом. Добавь только, что тот ссыльный, как бишь его?

— Густав Густавович Штерн.

— Точно. Скажи, был зело одержим идеей, что происхождение человека не влияет на его способности, мол, даже крестьянина можно обучить наукам. Что и претворял в жизнь, обучая тебя. Я же и полковнику, и судейскому на это указал. Объяснил, что ещё в Томске с тобой на этой почве и сошлись, многое обсуждали, в том числе и касательно медицины, инфекций и организации труда. Книги давал на прочтение, беседы вёл. Поэтому и взял тебя, по рекомендации отца Афанасия и по старой памяти. Так хоть немного станет понятно, чего это сын крестьянский изъясняется как довольно образованный мещанин.

— Складно. Спасибо, Иван Ильич. Сам бы лучше не придумал. Об остальном узнаю завтра, — пожал я руку Вяземскому, — ну что, ваше сиятельство, пойдёмте отпиливать туркам конечности? Раньше начнём, раньше закончим, — поднялся я, запахивая шинель.

— Господин полковник, разрешите спросить?

— Знаю-с, что вы хотите спросить. Можете не спрашивать. Я сам вам отвечу — погано-с. Бывает хуже, но редко. Теперь понятно?

Моя одёжка, к сожалению, к утру так и не успела просохнуть. Выручил Демьян, прекрасно знавший, по вполне понятным причинам, что меня вызывают к губернскому чиновнику. Ношеные, но тщательно выстиранные штаны и форменная рубаха без погон, собственная унтер-офицерская шинель Стычки смотрелись на мне гораздо лучше того тряпья, что я носил последние недели. Пришлось лишь спешно отстегнуть погоны, после чего Демьян взял с меня слово вернуть к вечеру «как було». Златоустовские сапоги, вспомнив молодость, с помощью щётки, ваксы и куска войлока довёл до «зеркальной» кондиции, благо мороз и снег напрочь избавили от грязи улицы Самары.

Одна из ампутаций оказалась непростой задачей: пленный турок умер прямо на столе, не дожив даже до второго этапа операции. Не выдержало сердце, несмотря на аккуратный эфирный наркоз, за который отвечала баронесса. Возможно, изначально страдал сердечно-сосудистым заболеванием. Крайнее истощение, опять же. Оценивали состояние, как в Средние века, на глаз и на слух.

Вместо эпитафии князь, снимая перчатки и вытирая лицо влажным полотенцем, произнёс: «Похоже, нежилец был, поздно кинулись. Сепсис.»

К десяти утра я уже был на Дворянской у «Гранд отеля».