Тень Миротворца — читать онлайн бесплатно полностью

Я прекрасно помнил во время своего сетевого сёрфинга перед убытием в эту реальность, что ударные подразделения в моём времени появились не раньше 1917 года, а сейчас 1915! Может, я уже действительно так повлиял на ход истории, или нахожусь у самого начала, так сказать, у истоков пробных робких шагов в создании штурмовых рот?

Тогда откуда такое богатство в обеспечении рекрутов? Французский шлем Адриана с гербом Российской Империи и удобным расширенным у подбородка кожаным ремешком, пилотка с кокардой защитного цвета, впрочем, парень, что её рассматривал, назвал её смешно «перелёткой». Две полотняные гранатные сумки, патронные подсумки и нагрудный патронташ из кожи, поясной кожаный ремень с гербовой пряжкой, жёлтая поясная кобура судя по размерам, под револьвер, пара кожаных (а не парусиновых!) ботинок с новенькими обмотками, малый ранец, алюминиевая фляга в матерчатом чехле, котелок, набор для чистки оружия. Когда же на белый свет появились ремённо-плечевой обвес, по маркировке — британского происхождения, и даже некое подобие бронежилета, смахивающее на ламеллярный доспех, исполненный на полотняной основе, у меня и вовсе отвалилась челюсть. Это что же такое получается? Да вся эта экипировка стоит как бы не в три, а то и в пять раз дороже той, которая полагалась сибирским стрелкам! Точку поставили пара защитных и жёлтых погон с номерами, а также нарукавный прямоугольный шеврон, изображавший стилизованную чёрную круглую гранату, перечёркнутую орудийными стволами с тремя жёлтыми языками пламени кверху.

Я коснулся ламеллярного бронежилета. Да, разве что от осколка, ножа, ну и, может быть, штыка сгодится. И то не факт. Мой явно получше будет. Но этот значительно легче. И обычным солдатам лишним не будет. Нда-а-а, а штабс-капитан не врал. Экипировку продумывал очень знающий и бывалый вояка. Хотя на мой вкус многовато всего. Будем посмотреть…

Наконец, настала и моя очередь. Я пока шёл осмотр обновок, да прикидка обмундирования, провёл ревизию своей наличности. Три сотни от Ивана Ильича, дай бог ему здоровья, перекочевали в подаренный кисет с монпансье и спрятаны на дне вместе с записками Вяземского, трёхрублёвую купюру с несколькими серебряными полтинниками переложил в правый брючный карман. Пока рылся в мешке накоротко проинспектировал свой сухой паёк и, движимый внезапной мыслью, переложил наверх шмат копчёного сала в тряпице, буханку чёрного хлеба и круг копчёной конской колбасы. Остро пожалел о том, что не храню на всякий случай ни табака, ни папирос. Судя по опалённым пшеничным усам ефрейтора, тот не чурался этой пагубной привычки.

— Ну шо встрял, сибиряк? — голос ефрейтора из складского нутра подтолкнул меня к входу.