В мире, где все зависело от природности клятвы и восхитительных нарядов, Кендан сознавал, что ему предстояло защёлкнуть на её ошейнике. Цепи или наручники — не более чем формальность в Краю Тысячи островов, где рабыням запрещено отращивать волосы и ходить с поднятой головой. Однако магистр Гедрис любил следовать формальностям как нельзя лучше....
Как это случится, когда?
Но как ни старалась я представить себе или предугадать этот день, он всё равно наступил неожиданно.
22
Говорят, в большей части Веллирии осень наступает стремительно. Всего за несколько дней деревья из ярко-зелёных превращаются в красные и бронзовые, а холодные ветры быстро выдувают летнее тепло с бескрайних равнин и из прозрачных лиственных лесов. Реки и озера, в которых ещё вчера купалась ребятня, темнеют и зарастают ряской. Птицы срываются с насиженных мест и вместе с подросшими птенцами улетают на юг.
Я читала об этом в книгах и слышала от госпожи Адрианы, но мне трудно было представить подобную смену времён года. В Краю тысячи островов лето перетекало в осень плавно, незаметно. Вода в море по-прежнему оставалась тёплой, лишь розовые кусты в саду давали чуть меньше бутонов, а солнце уже не обжигало, но ласково грело кожу даже в полуденные часы. А ещё стало немного раньше темнеть, из-за чего мы с Ридом возвращались с наших тайных тренировок в глубоких сумерках.
— Всё сначала! — скомандовал Рид, сложив руки на груди и расхаживая по краю расчищенной площадки с видом сурового экзаменатора.
Я собрала несколько сухих листочков в кучку и в сотый раз попыталась закружить их заклинанием воздушного вихря. Всё тщетно! Снова до боли напряжённые ладони, которыми я силилась зачерпнуть непослушный воздух, снова заученные с высочайшей точностью движения и слова, произнесённые чётко и с необходимыми паузами.
Рид оказался довольно терпеливым учителем, а я — прилежной ученицей. И всё бы хорошо, вот только дар и не думал просыпаться. Я чувствовала себя обманутой. Миралитового ошейника больше не было, и казалось — вот она, магия, Эли, всего лишь шевельни пальцами и скажи секретную формулу, но… Я явственно различала волшебные потоки, ауры других магов и зачарованные предметы, но сама не могла произвести ни единой искры.
— Ещё, Эли! — не сдавался Рид.
— Я не могу, — выдохнула я, бессильно опустив руки. — Разве вы не видите, господин, что всё бесполезно?
— Нет, не вижу, — упрямо заявил он и приблизился ко мне. — Пробуй снова!
Я пожала плечами и принялась повторять заклинание вновь и вновь, но листья как лежали возле моих ног безжизненной кучкой, так и не сдвинулись с места.
— О чём ты думаешь, Эли? — спросил Рид, схватив меня за запястье и заглянув в глаза.
