В мире, где все зависело от природности клятвы и восхитительных нарядов, Кендан сознавал, что ему предстояло защёлкнуть на её ошейнике. Цепи или наручники — не более чем формальность в Краю Тысячи островов, где рабыням запрещено отращивать волосы и ходить с поднятой головой. Однако магистр Гедрис любил следовать формальностям как нельзя лучше....
Она скользнула по мне взглядом, словно прикидывая, сгожусь ли я на роль посыльной, но вовремя заметила мой ошейник.
— Как видишь, дело стоящее, — подмигнул ей капитан.
— Миралит дело скользкое, а не стоящее, — сказала тётка. — Оставь мне потом рабыню, на что она тебе в море?
— На что-нибудь сгодится, — ответил Джус.
Я испуганно наблюдала, как из таверны поспешно разбегались местные. Из глубины помещения уже доносились звуки потасовки и грохот опрокидываемых стульев.
— Скажи своим парням, что колдун не любит беспорядка.
Джус возмущённо фыркнул:
— Он что же, вообразил, будто все бабы на Канделе принадлежат ему?
— Здесь живут по его правилам, Джус. Моё дело предупредить.
Капитан покрепче намотал на кулак верёвку, продетую в мой ошейник, и скрипнул зубами. Он не привык следовать чужим распорядкам, но выхода у него не было.
— Никогда не думал, Салли, — с презрением проговорил он, — что ты станешь подчиняться безногому калеке.
Салли вытащила изо рта трубку — до сих пор казалось, что та намертво прилипла к её нижней губе, — и многозначительно вздохнула.
— Этому колдуну ноги вовсе не нужны. Ты просто не видел его в деле.
— А ты видела? — двинул бровью Джус.
— А то! — Трубка вернулась на место. — Не советую тебе с ним ссориться!"
"Странные чувства охватили меня при словах, которые я невольно услышала. Несмотря на пережитые унижение и боль, я мысленно вцепилась в ту призрачную соломинку, что почудилась мне в сказанном хозяйкой таверны.
«Глупая хвантазия», — сказала бы сейчас Вера. Как же он спустится, если у него нет ног?.. После бессонной ночи и мучений, которые я вытерпела, мне в голову лезли сущие глупости.
Мне позволили сесть на скамейку слева от входа в таверну, и я долгое время провела в компании сердитого кривоносого матроса.
Солнце, хотя и светило сквозь плотную завесу облаков, порядком нагревало голые камни Канделы. Смотреть здесь было решительно не на что, поэтому я закрыла глаза и предалась воспоминаниям об Асфе.
