В мире, где все зависело от природности клятвы и восхитительных нарядов, Кендан сознавал, что ему предстояло защёлкнуть на её ошейнике. Цепи или наручники — не более чем формальность в Краю Тысячи островов, где рабыням запрещено отращивать волосы и ходить с поднятой головой. Однако магистр Гедрис любил следовать формальностям как нельзя лучше....
Я боялась, что сделаю шаг — и иллюзия рассыплется мелкими осколками. Столетний дубовый стол с длинной тёмной трещиной, хранящий отпечатки сотен зачаровывающих заклятий и эликсиров, станет обычной старой деревяшкой. Шкатулка с конкрементами памяти, которую запирали магией крови от посторонних и слуг, вновь превратится в коробочку с коллекцией камешков. Ковёр с причудливым южным узором станет просто украшением интерьера, а не магическим щитом, прикрывающим секретные пентаграммы на полу.
Оказывается, я многое знала из детства и из тех книг, что мне довелось читать в период жизни у магистра Гедриса на Фелле.
Никто не стал препятствовать, когда я сползла со стула на пол для того, чтобы подобрать кусочки миралита. Я тщательно собрала их все, выложив кругом. Серебристый металл, местами покрытый позолотой, не выдержал действия теневой магии и, лопнув, развалился на одиннадцать фрагментов.
— Он стоил целую кучу золота, — пробормотала я виновато. Так, будто это я испортила драгоценную игрушку.
— Неважно, Эли. Мы всё равно собирались избавить тебя от него. И я, и Мартейн.
«Мартейн Фоули», — подумала я и едва не задохнулась от волнения.
— Но я всё равно… всё равно рабыня. Мне нельзя учиться магии.
А потом до меня дошло и главное: мне нельзя существовать. Раб, у которого открылся магический дар, должен быть немедленно заключён в миралитовые наручники или ошейник либо казнён.
— Я добьюсь твоего освобождения, — решительно сказала Адриана Гилмур. — Уверена, что Алтарь родовой стихии раскроет нам секрет твоего происхождения. В том, что рано или поздно мне удастся договориться с этим упрямым некромантом, охраняющим реликвию, я ничуть не сомневаюсь. А до тех пор придётся скрывать тебя от Магистрата. Скажем, что ты убежала, и этому есть свидетели на рынке Бухты радости.
Настало время для следующего удара.
