Автор
Обычный семейный человек, десять лет скрывавший свою истинную личность, вынужден вернуться в опасную игру. Спецслужбы приказывают ему взять в руки оружие, оставляя позади привычную жизнь. Теперь ему предстоит вспомнить, кем он был на самом деле, и выжить в мире, где доверять невозможно никому.
Раздел Chitat.online для книги «Тень невидимки» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Обычный семейный человек, десять лет скрывавший свою истинную личность, вынужден вернуться в опасную игру. Спецслужбы приказывают ему взять в руки оружие, оставляя позади привычную жизнь. Теперь ему предстоит вспомнить, кем он был на самом деле, и выжить в мире, где доверять невозможно никому.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Андрей Ильин Легкое чтение Детективы Шпионские детективы подборки серии
Обычный семейный человек, десять лет скрывавший свою истинную личность, вынужден вернуться в опасную игру. Спецслужбы приказывают ему взять в руки оружие, оставляя позади привычную жизнь. Теперь ему предстоит вспомнить, кем он был на самом деле, и выжить в мире, где доверять невозможно никому.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Да, не повезло, — вздохнул один мужик. — Это ж сколько тонн пришлось перекидать…
Но другой с ним не согласился:
— А чего не повезло-то? Я, например, свой АКС после каждой стрельбы… Чуть вконец не истер. А старшина, гад, тряпочкой в дуло. И в рожу мне!.. Патрон один раз потерял, так думал, меня в дисбат на два года уроют. Ладно губой отделался. А лопата — что… Ткнул — бросил. Ткнул — бросил. Сломал — выбросил. Милое дело.
— Это да, — согласился Сан Саныч. — Милое дело. Лопата…
* * *Личный состав выстроили на плацу. И туда же вывели… собак. Всё больше беспородных.
— Это ваши четвероногие друзья, — сказал инструктор. — Вполне симпатичные псины, которых вы убьете. Но не теперь, через три дня.
— Почему через три?
— Потому что три дня — сегодня, завтра и послезавтра — вы будете кормить их. Ласкать. Гладить. Играть с ними. Каждый со своей.
— Зачем? — удивились курсанты. — Зачем кормить, если потом прикончить?
— Затем, что если вы их покормите и приласкаете, вам труднее их будет убить.
Собаки сидели на плацу поскуливая и озираясь. Это были дворняжки и, в отличие от домашних псов, они не ждали от людей ничего хорошего. Но их обманули.
— Взять прикормку.
Курсанты взяли куски мяса и понесли собакам. Они кормили их, потом гладили и играли с ними. Каждый со своей. Инструктор внимательно следил, чтобы никто не отлынивал от исполнения своих обязанностей. Курсанты должны были подружиться со своими жертвами. И псы поддавались. Потому что были сыты, потому что получали мясо из рук своих новых хозяев, которые трепали их за ухом и гладили животики. Собаки влюбленно глядели на людей, виляли хвостами и всячески демонстрировали свою преданность. Наверное, они решили, что попали в собачий рай.
Но наступил третий день. Тот самый.
— На исходные!
Собаки были привязаны к колышкам, вбитым в землю. Они еще ничего не понимали, они тявкали и виляли хвостами. Они были всего лишь питомцами, хоть и битыми-перебитыми собачьей жизнью. Они доверились людям.
— Приступить к упражнению.
Это было не убийство, всего лишь упражнение. Просто упражнение. Курсанты подхватили лопаты и пошли к собакам. Каждый к своей…
Собаки стали тявкать сильнее, рваться навстречу хозяевам, которые кормили их мясом. Они радовались встрече.
— Работать!
Первый удар был самый легкий. Он раскроил надвое ничего не подозревавшую дворняжку, которая даже не поняла, что случилось. Она умерла легко. Другие — трудно.
Собаки учуяли запах свежей крови и внутренностей и рванулись с привязи. Собачий рай обернулся собачим адом. Этих собак убивать было трудно. Они крутились, визжали, пытались кусаться, увертывались от лезвий лопат. Они хотели вырваться, они хотели жить. Но их рубили, их добивали, резали на куски.
