Не оттого пошел Жуков на повышение, что уж очень хороший командир, а оттого пошел на повышение, что надо было обстановку разрядить, избавить бригаду от садиста любым способом, пусть даже и назначением на более высокую должность.
В Красной Армии жестокость ценится. Командир-садист — на вес бриллиантов. Но у Жукова жестокости было больше того, что требовалось.
Через год, 31 октября 1931 года, аттестацию на Жукова пишет Член Реввоенсовета СССР, инспектор кавалерии РККА Семен Михайлович Буденный.
Он считает, что Жуков — твердый член партии, но добавляет: наблюдается излишняя жесткость. («ВИЖ», 1990 № 5. Стр. 23)
Следующая ступень карьеры: Жуков — командир 4-й кавалерийской дивизии. «С. М. Буденный вспоминал, как Жуков вступал в командование кавдивизией и как излишне сурово обещал навести в ней порядок». («ВИЖ» 1992 № 1 стр. 76) Сам Семен Михайлович Буденный весьма часто «подносил в морду».
Не стеснялся. На этот счет есть достаточно свидетельств. И, понятное дело, бил он не солдат. Он бил командиров. Но стиль Жукова даже для Буденного был неприемлем.
В аттестацию Жукова командующий войсками Белорусского военного округа комкор М. П. Ковалев вписывает привычные слова: «Имели место случаи грубости в обращении с подчиненными, за что по партийной линии т. Жуков имеет выговор».
(Маршалы Советского Союза. Москва. Любимая книга. 1996. С. 35)"
"Маршал Советского Союза Еременко Андрей Иванович в январе 1943 года — генерал-лейтенант, командующий Сталинградским фронтом. Запись в дневнике от 19 января 1943 года: «Жуков, этот узурпатор и грубиян, относился ко мне очень плохо, просто не по-человечески. Он всех топтал на своем пути… Я с товарищем Жуковым уже работал, знаю его как облупленного.
Это человек страшный и недалекий. Высшей марки карьерист». («ВИЖ» № 5, 1994, стр. 19)
Маршал Советского Союза М. В. Захаров: «Создалась довольно напряженная обстановка. В этих условиях координировавший действия 1-го и 2-го Украинских фронтов Маршал Советского Союза Жуков не сумел организовать достаточно четкого взаимодействия войск, отражавших натиск врага, и был отозван Ставкой в Москву.