В Тонкостях прошлого, где миры переплетаются в тенистых переулках старой города, ждут новые приключения молодой семьи Кинг. Словно вымысел сбежал из страниц книг и стал реальностью, магия оживает в пространстве и времени. Здесь каждый шаг может быть поворотом судьбы.
Мы знали, что так и будет, я же не забыл «Черное пятно», но полагали, что со временем все успокоится. Подростки приходили и бросали в окна камни и банки из-под пива. В первый год я раз двадцать вставлял новые стекла. И досаждали нам не только подростки. Как-то раз, проснувшись поутру, мы увидели нарисованную на стене курятника свастику, а все куры передохли. Кто-то отравил им корм. Больше я кур не держал.
Но шериф округа – тогда в Дерри не было начальника полиции, до этого городу еще предстояло дорасти – начал с этим разбираться, и разбираться серьезно.
– Понятия не имею. – Я не стал и пытаться.
Отец смеялся, пока слезы не потекли из глаз. Достал из кармана большой белый платок, вытер их.
– Буч Бауэрс, вот кто! Отец парня, который в твоей школе никому не дает прохода. Папаша – мразь, и сынок ничуть не лучше.
– В школе некоторые ребята говорят, что отец Генри – полоумный, – сообщил я: тогда я учился в четвертом классе, и Бауэрс уже не раз и не два давал мне пинка… а если подумать, так слова «черномазый» и «негритос» я впервые услышал именно от Генри Бауэрса, между первым и четвертым классом.
– Что ж, возможно, мысль о том, что Буч Бауэрс – полоумный, не так уж далека от истины.
А что произошло потом… не могу поклясться, что это правда, но так мне рассказал Дьюи Конрой. По словам Дьюи, шериф поехал к Бучу в бангорскую тюрьму. И шериф Салливан сказал: «Пора тебе заткнуть пасть и послушать, Буч. Этот черный парень, он не хочет настаивать на обвинениях. Он не хочет отправлять тебя в Шоушенк, он только хочет, чтобы ты возместил ему потерю кур. Он полагает, что двести долларов покроют его убытки».
