Молодые супруги приобретают старинный особняк, но вскоре начинают получать угрожающие письма. Загадочный враг предсказывает смерть хозяев, совершая опасные покушения. Героям предстоит разгадать мрачную тайну дома и раскрыть личность преследователя, прежде чем станет слишком поздно.
Раздел Chitat.online для книги «Тень у порога» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Молодые супруги приобретают старинный особняк, но вскоре начинают получать угрожающие письма. Загадочный враг предсказывает смерть хозяев, совершая опасные покушения. Героям предстоит разгадать мрачную тайну дома и раскрыть личность преследователя, прежде чем станет слишком поздно.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Молодые супруги приобретают старинный особняк, но вскоре начинают получать угрожающие письма. Загадочный враг предсказывает смерть хозяев, совершая опасные покушения. Героям предстоит разгадать мрачную тайну дома и раскрыть личность преследователя, прежде чем станет слишком поздно.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Однако первая была Матвеевой, вторая – Гречихиной. Выходит, отцы у девочек были разные. Что неудивительно, старушка уже упоминала, что с войны ее отец не вернулся.
Антонина Петровна продолжала внимательно на меня смотреть.
– А знаешь что, идем в комнату. – Она поднялась со стула, держась за поясницу.
Я отправила в рот последний кусочек очередного пирога и последовала за ней.
– Вот, – она подошла к кровати и показала на одно из многочисленных фото, висевших на стене, – матушка моя.
Со старого, пожелтевшего снимка на меня смотрела симпатичная женщина с тугим пучком на голове, в темном платье с высоким воротничком. Рядом с ней стояла девочка лет десяти, а на руках у нее сидела еще одна, лет трех. Я сразу догадалась, что на снимке Антонина с сестрой Машей.
– Красавица, а на руках у нее вы?
– Нет, сестра моя, Мария. Я-то подле матери стою. Меня в то лето коротко постригли. Ох, как я переживала, как плакала… Хотя пора хорошая была, счастливая. Помню, для этой фотографии мне платье у соседей брали, у них девчонка на два года младше меня была. Видишь, коротковат подол-то?
– Я бы не заметила.
– А я все помню. И бант Машкин помню. – Тут старушка неожиданно громко расхохоталась. – Волосенки у нее жиденькие были, не в мать. А тогда и вовсе три пера торчало. Думаешь, как мы ей такой огромный бант привязали?
– Не знаю, – растерялась я.
– А никак. Положили на голову для фото и велели тихо сидеть.
– А она?
– Послушалась. Она все понимала, золотым ребенком была Машка. Мать-то целыми днями на работе впахивала, а я вроде няньки. Однажды даже в школу ее брать с собой пришлось. Ох, времена были.
– Вы говорили, ваш отец погиб на войне, – аккуратно начала я.
– Отцы у нас разные. Но от этого она разве менее родная?
– Нет, конечно, – заверила я.
– Кровиночка моя, – всхлипнула Антонина Петровна. – Ангелочек. Жаль, мало пожила на этом свете. Ну ничего, Маруся, скоро свидимся с тобой.
Она достала из кармана домашнего платья голубой носовой платок с синей окантовкой и промокнула выступившие на глаза слезы.
– Давно ее нет с вами? – осторожно спросила я.
– Давно, Леночка, очень давно. Семьдесят лет с тех пор минуло, а в памяти все живо до сих пор… словно вчера все случилось. Никогда меня не отпустит.
Старушка опустилась на кровать, а я присела на венский стул, который стоял рядом, всем своим видом давая понять, что готова послушать ее историю.
– Всю войну я мечтала, что, когда она кончится, отец вернется и будем мы жить настоящей семьей, что народятся у меня братья и сестры и будет нас человек десять, – она грустно ухмыльнулась. – Но не случилось… Матери моей в сорок пятом еще и тридцати не было. Работа была, дом наш был, дочь была, я-то есть, а счастья личного не было.
