Завершающий том эпической саги о борьбе за власть и судьбы миров. Каждый персонаж стремится к своему: кто-то к бессмертию и господству, кто-то к мести и возмездию. Но древняя тайна, скрытая в тени Великого Древа, грозит поглотить всё, и только один герой способен её разоблачить, пожертвовав...
Раздел Chitat.online для книги «Тень Великого Древа (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Завершающий том эпической саги о борьбе за власть и судьбы миров. Каждый персонаж стремится к своему: кто-то к бессмертию и господству, кто-то к мести и возмездию. Но древняя тайна, скрытая в тени Великого Древа, грозит поглотить всё, и только один герой способен её разоблачить, пожертвовав...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Завершающий том эпической саги о борьбе за власть и судьбы миров. Каждый персонаж стремится к своему: кто-то к бессмертию и господству, кто-то к мести и возмездию. Но древняя тайна, скрытая в тени Великого Древа, грозит поглотить всё, и только один герой способен её разоблачить, пожертвовав...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Еще там живет призрак утопленной леди, которая тащит девушек под воду, обвивая их шеи своею косой. Но и призрак, и скелеты – это все по краям, а в середке озера очень глубоко, никто не доныривал до дна.
Мира подумала: зимою замерзнет, попробую снять лед Перчаткой. Но нет, оно же не промерзнет целиком, так что дна все равно не увидишь. Впрочем, от этой мысли пришла другая, более занятная.
- Сударь Нави, Вечный Эфес все еще опасен?
- Разве вы сами не убедились в этом?
- Я убедилась в том, что с его помощью можно напустить стужу. Ладно, меня вы не научите, но можете ли сами осторожно взять Эфес и кое-что заморозить?
* * *С первым снегом в город начали прибывать раненые. Разбитые под Лисьим Долом батальоны возвращались на родину. То было тяжкое зрелище. Битва состоялась еще в октябре, но походные условия, холод и грязь не давали воинам поправиться. Раны не заживали, людей мучила горячка. Угрюмый караван окружали звуки стонов, запахи гноя и испражнений.
Мещане – родственники кайров – выбежали навстречу. Некоторые находили своих и ужасались их состоянию; другие не находили и пугались еще больше. Мира немедленно раздала приказы: подготовить койки в лазаретах, поднять на ноги лекарей и цирюльников, разыскать Нави – пусть несет исцеляющий Предмет.
Вслед за фургонами раненых показалась странная колонна. Вроде бы, маршировали полки – многочисленные, полнокровные, в сопровождении знаменосцев и офицеров. Вот только солдаты этих полков не имели оружия. Они несли поклажу и инструменты, словно мирные горожане; в колонне было множество женщин, стариков, детей. Одно подразделение целиком состояло из барышень. Роберт Ориджин пояснил владычице: лорд Десмонд нанял лидцев в свою армию, чтобы убедить их покинуть город. Это не солдаты, а ремесленники с семьями."
"Но вот, наконец, в долину въехало настоящее войско. Полыхали багрянцем плащи на кайрах, блестели шлемы, вились по ветру батальонные знамена, снег серебрил гривы коней. Войско двигалось неспешно, понуро, каждым шагом выдавая усталость. Но Мира замечала кое-что еще. Один за другим отряды огибали последнюю ледяную глыбу и выходили на прямую дорогу к воротам. В этот миг замок Первой Зимы становился хорошо виден кайрам. Они поднимали головы – и больше не опускали глаз. Смотрели на родной город, на стены и башни, на флаги с нетопырями. Шаг воинов твердел.
- Мы точно победим, - сказала Минерва, отринув последние сомнения.
В священной столице Ориджина императрица была не более, чем выскочкой. Она ясно ощутила это в день, когда подлинный властитель вернулся домой. Еще вчера ее задумки казались блестящими: красивое строительство, талантливые люди, светлые планы на будущее. А теперь она была кем-то вроде котенка, что влез на хозяйскую постель и насорил шерстью.
