Завершающий том эпической саги о борьбе за власть и судьбы миров. Каждый персонаж стремится к своему: кто-то к бессмертию и господству, кто-то к мести и возмездию. Но древняя тайна, скрытая в тени Великого Древа, грозит поглотить всё, и только один герой способен её разоблачить, пожертвовав...
Раздел Chitat.online для книги «Тень Великого Древа (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Завершающий том эпической саги о борьбе за власть и судьбы миров. Каждый персонаж стремится к своему: кто-то к бессмертию и господству, кто-то к мести и возмездию. Но древняя тайна, скрытая в тени Великого Древа, грозит поглотить всё, и только один герой способен её разоблачить, пожертвовав...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Завершающий том эпической саги о борьбе за власть и судьбы миров. Каждый персонаж стремится к своему: кто-то к бессмертию и господству, кто-то к мести и возмездию. Но древняя тайна, скрытая в тени Великого Древа, грозит поглотить всё, и только один герой способен её разоблачить, пожертвовав...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Что еще делать-то? Ну, поел раза четыре в день, ну, посчитал замурованные черепа, ну, посмотрел, как Маверик пляшет под дудку Доркастера. Медведь, кстати, побелел к зиме – таким потешным стал! Но развлечений все равно не хватало.
Первокровь сделала свое дело, Джо восстановил силы и был готов к походу. Но следовало дождаться лорда Мартина, который еще не полностью окреп. Джоакин маялся от скуки. Замок стерегли доркастерцы, среди коих он не имел приятелей. В город не тянуло: хмурые морды лидцев отравляли любую прогулку. Да и в замке было не очень-то уютно: всюду пахло Севером, точно плесенью. Скалились боевые маски на древних статуях кайров, выцветшие графы злобно взирали с портретов. Старуха нашептывала свое: «Раньше иначе воевали. Уважали врагов, щадили невинных - не то, что вы…». Потому Джоакин и повадился на башню: бабка сюда не добиралась. Портретов и скульптур здесь также не было, а Лид со всеми жителями лежал далеко внизу. Как бы ни гонорился город, а с высоты башни он не казался ни грозным, ни своенравным - простой себе муравейник кварталов.
Высоты хватало и на то, чтобы выглянуть за стены – и узреть шаванский лагерь на плоскогорье. Остальные полки Избранного – альмерцы, шейландцы, беломорцы, закатники, медведи – уже выдвинулись в сторону Первой Зимы. Вчера вестовой принес донесение от Рихарда: Створки Неба взяты, путь к победе открыт. Шаванам пора было трогаться в путь. Они собирались: неторопливо снимали юрты, седлали коней. Орда выбиралась из логова, словно лев, пробудившийся ради охоты. Ее затаенная мощь, обманчивая медлительность движений вдохновляла Джоакина. Одной этой орды хватило бы, чтобы сокрушить Первую Зиму. А ведь шаваны - только треть от всей армии Избранного!
- Братишка, ну что ты замер? Говорю же, дело срочное, идем!
Лорд Мартин, наконец, выдернул Джоакина из созерцательной дремоты.
- Что случилось, милорд?
- Надо с Паулем поговорить. А я один это… ну, как бы…
Мартин изобразил смущенную улыбочку. Обнажились желтые кривые зубы, Джоакин поморщился. Желтые зубы – обычное дело; вопрос в том, чьи они. Волчица размозжила Мартину челюсть ударом прута. Лекарь вставил новые зубы, которые вошли почти идеально, только чуточку вкривь. Но где лекарь взял их? Сражений не было, мертвецов не прибавлялось, а значит, выдернуть зубы было неоткуда… кроме как из черепов, вмурованных в стены замка. Джоакину становилось противно всякий раз, когда лорд Шейланд улыбался.
- Ну, боюсь я его! – признался Мартин. – А поговорить надо. Идем со мной, ну!
Положа руку на сердце, Джоакин тоже робел перед Паулем. Но и резон для беседы имелся: Гной-ганта должен был еще вчера вывести орду на марш, однако почему-то медлил. А Первую Зиму планируется взять в день Сошествия, то бишь – в субботу.
