Завершающий том эпической саги о борьбе за власть и судьбы миров. Каждый персонаж стремится к своему: кто-то к бессмертию и господству, кто-то к мести и возмездию. Но древняя тайна, скрытая в тени Великого Древа, грозит поглотить всё, и только один герой способен её разоблачить, пожертвовав...
Раздел Chitat.online для книги «Тень Великого Древа (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Завершающий том эпической саги о борьбе за власть и судьбы миров. Каждый персонаж стремится к своему: кто-то к бессмертию и господству, кто-то к мести и возмездию. Но древняя тайна, скрытая в тени Великого Древа, грозит поглотить всё, и только один герой способен её разоблачить, пожертвовав...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Завершающий том эпической саги о борьбе за власть и судьбы миров. Каждый персонаж стремится к своему: кто-то к бессмертию и господству, кто-то к мести и возмездию. Но древняя тайна, скрытая в тени Великого Древа, грозит поглотить всё, и только один герой способен её разоблачить, пожертвовав...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Страшная мысль прошибла купца: а если и теперь мелкий его потеснит?! Он же у Минервы этот, фаворит, или как оно зовется. Скажет: «Сам хочу лететь» - и айда в корзину!
- Сорок Два, - предложил Хармон, - не взлететь ли нам прямо сейчас?
- Владычица еще не приехала.
- Потому и предлагаю. Она же с этим приедет, как его…
Сорок Два не разделял взглядов Хармона на минервиного любимца:
- Ну-ка, отставить критику! Натаниэль – славный парень и кудесник.
Хармон поглядел на кайровские протезы. Чудесная штука: так здорово прилажены, будто сталь напрямую приросла к кости. Железные ноги – а ходят, как живые! Именно из-за этих протезов Хармон совсем перестал доверять Натаниэлю - ведь тот не взял с кайра ни агатки. Этакое чудо любому безногому богачу можно было продать за сотню эфесов, а то и за две сотни. Натаниэль отдал кайру за так, еще и сам лично пришил протезы к культям. А зачем? Ясное дело: втереться в доверие!
- Этот юнец хочет нас вытеснить. Прогонит из корзины, а сам залезет и все почести заберет. Он же фаворит, что ему скажешь!
Сорок Два рассмеялся:
- Хармон, дружище, ты хоть знаешь, кто такой фаворит?
- Веселые вы, братцы, - вздохнул Весельчак. – Очень мне вас будет не хватать…
- Кажись, это она! – вскричал Салем, заметив черную точку в небе.
Бывший вождь Подснежников обожал императрицу, чуял ее с любого расстояния и никогда на сей счет не ошибался. Вот и теперь: мало ли, точка – может, воробей. Ан нет, приблизилась, выросла и оказалась шлюпкой с четырьмя пассажирами, среди которых была императрица.
Стоит отметить: механику полета шлюпки без помощи шара, водорода и горячего воздуха кое-как понимал только Сорок Два. Остальные относили ее на счет личных заслуг Минервы перед богами. Всем, кроме владычицы, законы природы запрещают так летать. А потому и нам она не конкурент. Минерва-то может сама подняться в небо, но любой другой если захочет взлететь – пускай платит гильдии воздухоплавания!
Шлюпка легла на снег, владычица выпрыгнула, высоко подняв руку в блестящей Перчатке:
- У меня получилось! Вы видели? Я сама вела ее!"
"Следом вылез фаворит, по самый нос укутанный в меха.
- Нашли время экспериментировать: прямо перед главной битвой… Вы и легкомыслие – сестры-близняшки.
- Совсем наоборот, - возразил усатый мужик по имени Инжи. – Моя детка – умница. В большой битве тебя могут прикончить, и она уже не научится водить шлюпку.
Четвертым выскочил лазурный гвардеец. Было видно: он очень хотел сказать что-нибудь про владычицу, но обе возможных точки зрения оказались заняты, потому страж спросил:
- Ваше величество, это… вам не холодно?
Она скинула с плеч платок:
- Мне жарко! Огромный костер! А шар – просто восхитителен!
Хармон и Сорок Два расцвели на глазах.
