Закрытая серия "Тень Великого Древа" приводит читателя к опасной атмосфере глубокой ночи и бесконечных степей, где жизнь почти мертвой ставится в зависимость от одного прикосновения. Сюжет затягивает, как тихий шорох ветра по лианам древнего растения, а каждое слово создает ощущение безвыходности и предательского замысла надежд....
Безумно приятно было выспаться! Каждая частица тела наполнилась счастьем долгожданного отдыха. Кажется, она проспала целую вечность, и повалялась бы еще одну.
Открыв глаза, Иона увидела брата с Минервой. Они сидели у кровати и говорили о чем-то, ожидая ее пробуждения. Нежась от счастья, Иона потянулась к ним:
- Мои любимые…
Они ответили чуточку прохладно:
- Доброго утра.
- Придвиньтесь ко мне, дайте вас обнять…
- Сестра, извини, мы пришли поговорить о серьезном. Вот, выпей кофе и проснись скорее.
Она удивилась:
- Что может быть серьезнее любви? Я проснулась и вижу вас живыми – это главное.
- Ты смущаешь леди Минерву, а меня – пугаешь.
Внезапно она поняла: тьма сожри, я, наверное, проспала сутки! А Предмет, а госпиталь?! Там же остались раненые, как я смею спать!
- Эрвин, ты прав! Я идиотка, просто преступница! Нужно срочно в лазарет!
Рванулась встать, брат удержал ее:
- Сиди. Лекарь доложил: в лазарете ситуация стабильна.
- Это в замке, а в городе еще четыре больницы! Я должна…
- Тьма, ты должна выпить кофе и выслушать! Мы тревожимся за тебя.
- Да, миледи, - подтвердила Минерва.
Ионе сделалось холодно.
- Что же со мной не так?
- Твоя жертвенность.
Она ощутила себя так, будто оказалась голая посреди площади. Попыталась спрятаться:
- Ты о чем, братец?
- Обо всем! «Бежать, срочно, бежать спасать» - будто мир без тебя рухнет. «Любимые мои» - таким тоном, будто видишь в последний раз. Вчерашние слова о самоубийстве нам тоже не подняли настроения.
- Вот именно, - вставила Минерва.
Иона скрипнула зубами: спелись против меня! А брат безжалостно продолжил:
- Ты постоянно любуешься своею трагедией. То «я теперь собачка», то «перья не нужны, я буду несчастной», то твоя кровь в стакане, то лезешь в бой, когда не просят.
Она чуть не закричала от обиды.
- Это же несправедливо! Жизнь очень жестока, лишь потому мне приходится.
- Сестра, очнись! Мы – Ориджины!
Владычица кашлянула, и Эрвин исправился:
- Мы Ориджины и леди Стагфорт. Хм, пафосное звучание утрачено, но так и быть.
- Я тоже, - поддакнула Минерва.
- Вас не запирали в собачью клетку!
- Ах, ради богов! Если хочешь помериться трагедиями, то ладно, ты выиграла. Хватит уже!
Сгорая от стыда, Иона отвернулась от них и уставилась в потолок.
Минерва сказала:"
"- Я проанализировала ситуацию и поняла: вас изменила короткая стрижка. Со мною случилось подобное в монастыре Ульяны.
