Автор
В тени своего отца-принца скрываются секреты и загадки: магические камни и странное прошлое. Он покоряет сердце принцессы, но мир готов остановить любовь под угрозой революции. Вокруг бушует таинственный ветер, аромат жасмина и смрад тропических лугов наполняют воздух....
Вчера вечером шел дождь, и любой, кто прошел бы во влажных ботинках, обязательно наследил бы. Но здесь так натоплено, что все следы высохли задолго до нашего приезда, если они даже были. Нашлось только несколько комочков грязи тут и там, да и их вполне могли занести патрульные. В любом случае их недостаточно для четкой идентификации.
Образ героя-любовника начал приобретать новые очертания.
До этого я представляла себе его эдаким сопляком, который немного неудачно решил проучить свою девушку и теперь сидит у себя дома, обделавшись от страха, ждет, что мы явимся с минуты на минуту, и готовится клясться и божиться, что это она во всем виновата.
— А наш парень головы не теряет.
— О да! — согласился Стив с воодушевлением, будто умирает с голоду, а перед ним вдруг водрузили аппетитное блюдо. — Парень избил свою девушку. Он не знает, жива она или нет, но достаточно спокоен, чтобы подумать о сигнализации и духовке.
Противопожарная сигнализация была прямо над нами.
— А зачем ему понадобилось с ней возиться? Ну сгорело бы здесь все дотла и прихватило с собой все улики. Могло повезти, и мы не сумели бы понять, что это убийство.
— Может, это как-то связано с его алиби? Если бы сработала сигнализация, то здесь очень быстро оказались бы люди. Может, он хотел, чтобы тело обнаружили как можно позже, ведь так труднее установить точное время смерти.
— И зачем тогда было нам звонить? Она могла пролежать целые сутки, а то и больше, прежде чем ее кто-нибудь обнаружил бы. И тогда о точном времени смерти и речи бы не шло. В лучшем случае нам удалось бы его установить с точностью до двенадцати часов.
Стив взъерошил волосы.
— Запаниковал?
Я неопределенно фыркнула. Наш герой-любовник менялся, как картинка в калейдоскопе: вот он слабак и неврастеник, вот полностью владеет собой, а вот снова неврастеник.
— Он абсолютно спокоен на месте преступления, но потом вдруг слетает с катушек настолько, что звонит нам?
— Да большинство людей чокнутые. — Стив осторожно нажал острием карандаша на контрольную кнопку сигнализации, послышался короткий сигнал: работает. — И кто сказал, что звонил именно он?
— Предположим, он бежит к кому-то, — принялась рассуждать я, — к другу, брату, папочке, и все ему выкладывает.
