Весна застывает в зелени и радужных оттенках, а девушки медленно переодеваются из теплых пальто в тонкие юбки. Жора Бурундук замечает два странных существа на Каштановой аллее: одна в коротком платье с распущенными волосами, а другая в джинсах, укороченных до самых колен. Этот тихий парк становится местом, где обыденность смешивается с неожиданностью....
И пацаненка своего. Ружье у тебя есть, стрелять умеешь. А за самооборону тебя никто не осудит. Ну, если что…
– Не могу я дома сидеть. В поле мне надо… Может, он вообще не приедет.
– Но ведь приезжал.
– Так ничего же не было… Хотя, конечно, все еще может быть… Завтра мне край как в поле надо. А послезавтра я дома останусь. Послезавтра смотреть буду…
– Вообще-то мы и без тебя справимся. Сам понимаешь, я за свою жену в ответе. Мне облажаться никак нельзя.
– Зачем ты жену с собой взял, если здесь так опасно?
– Она у меня не просто жена, боевая жена.
"Вайс объяснял это не столько Яше, сколько самому себе. Он уже и сам жалел, что взял с собой Марину. Не то место и не то время выбрал он для свадебного путешествия… Ну да ладно, бойцы в дозорах, мышь мимо них незаметно не проскочит. Наготове будет Вайс, когда Фарадей объявится, а значит, не даст Марину в обиду. Если Фарадей вообще появится…
– И даже жаркой банькой ее не напугать, – весело добавил он.
– Да? Ну тогда добро пожаловать в наши сандуны! – широко улыбнулся Яша. – Я там веничек вам уже запарил.
Марина ничего не сказала, но в баню пошла. И Вайсу позволила составить себе компанию.
– И дальше что? – спросила она, когда он снял с себя футболку.
Сама она раздеваться не торопилась.
– Ты можешь оставаться здесь, – сказал он, скинув шорты. И скрылся за дверью парилки.
Жарко здесь, сухой пар пощипывал кожу. Крестик на груди стал вдруг обжигающе горячим, и его пришлось снять. Хороший жар, и воды вдоволь – горячая в баке, что вмурован в печь, холодная в кадках.
Он уже намылился с ног до головы, когда появилась Марина. Распущенные волосы прикрывали обнаженную грудь, ладошка, что фиговый листок, улыбка смущенная, но смелая, как у девственной невесты в первую брачную ночь. И хочется, и колется, хотя мама уже и велит.
Вайс смело, но не без смущения, взял ее за руку, приблизился вплотную и вылил себе на голову ковш воды. Тотчас облил и Марину, свободной рукой скользнув по ее спине и как бы невзначай приласкав нежную упругость ягодиц.
– Я не знаю, зачем этот водный ритуал. Но мне кажется, так нужно…
– Может быть, – пожала она плечами.
– Вода смывает тяжесть прошлого, – сказал он.
– Я хочу жить настоящим, – опустив глаза, тихим голосом отозвалась Марина.
– Тогда тебе не вода нужна, – улыбнулся Вайс. – Тогда тебе нужно другое.
Он потянулся к ней и поцеловал в губы. Марина мягко вздрогнула и тут же ответила на поцелуй.
