Вечер пронизан лунным светом переплетается с звуки шелеста ветра сквозь высокие растущие травы, когда я наконец выглянул наружу с крыши своего замка. Легкий ветер обдувает кожу, наполняя душой ощущение мира и тайны, что окутывает мою новую графство, где каждый камень может быть укрытым местом загадок и неизведанных опасностей....
А если кто-то объявит дуэль вне этой площадки, то его сразу же исключают из академии. Я потом покажу её расположение.
— Логично, — хмыкнул я.
Если бы чего-то подобного не существовало, то я бы, пожалуй, даже немного разочаровался. Всё же зная подростков, особенно наделённых такой силой, неизбежно начнутся стычки. И лучше уж все их решать под контролем, чем дать поубивать друг друга из-за пустяков. К тому же, среди учащихся много детей влиятельных персон, и даже сила директора не убережёт его от их гнева в случае смерти ученика.
— Расскажешь правила дуэли?
— Ты и этого не знаешь? — удивлённо уставился он на меня.
— Ну я же из захолустья, у нас как-то с этим не сильно заморачиваются. Да и правила здесь могут отличаться от тех, что я знаю.
— Тут нет ничего сложного. Дуэль ведётся до признания одним из сражающихся поражения, его бессознательного состояния или решения судьи. И это решение я бы крайне не советовал пытаться оспаривать.
— Хм, тут ты прав, как-то всё даже слишком просто.
— Нет смысла усложнять, — пожал он плечами.
— Ладно, пошли дальше на занятия, — встал я.
После окончания всех сегодняшних занятий мы отправились к необходимому месту. И похоже, пойти решил абсолютно весь наш класс. А неподалёку вертелись прихвостни маркиза, видимо, чтобы я не сбежал.
Уже подойдя к площади, стало заметно, что пришёл сюда не только наш класс, но и, наверное, пол академии. Не ожидал, что это может вызвать такой ажиотаж.
— Крис, неугомонный ты парень! Опять вляпался в какую-то историю, — подскочил он ко мне, похлопав по плечу.
— Ну ты же знаешь, что я не специально. Да и он сам начал, — как-то по-детски прозвучало моё оправдание.
— Да ладно, этот дурак сам виноват, что нарвался на тебя. Просто побей его и не урони честь нашего графства, — ухмыльнулся он.
— Ну это само собой, — повторил я его ухмылку.
