Тот, что наверху, методично стрелял из энергетического оружия на любое движение или ответный выстрел. Еще пара минут, и все будет кончено, если и нужно вмешаться, то момент очень подходящий.
– Антон! Моя винтовка против них бесполезна! Нужно стрелять, эти твари не остановятся! Нужно…
В раздавшемся голосе девушки слышалось отчаянье. Она явно не понимала моих намерений, видимо предполагая какую-то особую хитрость. Но, само собой, ничего подобного в действительности не было. Опасаясь промахнуться, я выбрал сначала того из пауков, что стоял выше. Тварь стояла вполоборота, увлеченно расстреливая что-то этажом выше. Странно, однако нас до сих пор не обнаружили, словно бы ничего и не было. Предчувствия и замеченные мелочи будоражили подсознание, от тревоги волосы шевелились на затылке. Но сейчас не существовало больше ничего, кроме медленно поворачивающейся ко мне боком далекой уродливой фигуры паука.
Не выпуская из прорези прицела ненавистного врага, я почти прошипел в ответ:
Сейчас, как никогда за эти долгие восемь месяцев, я ощутил миг полного спокойствия. Посторонних мыслей не было, голова очистилась от страхов и сомнений, все обрело предельную четкость. Помня недавний промах, я взял чуть выше и левее, а потом почти с нежностью выжал тугой спуск.
Светящиеся зеленым трассы пуль ушли точно в середину фигуры, замершей в долгом мгновении перед распадом. Еще доли секунды, и вот тело паука распалось, исчезая в облаке ошметков плоти и фрагментов брони. Не останавливаясь, я перенес прицел ниже, разворачивая ствол почти под самый обрез бруствера.
Да-да-да-ахх! Да-да-да-ахх!
Пулемет осекся, на высокой ноте сухо щелкнул боек. Все, лента вышла до последнего выстрела. Отпустив приклад и нагревшуюся коробку, я еще раз взглянул поверх опущенного ствола туда, вниз. На том самом месте, где недавно стоял, опершись о стену, раненый паук, теперь темнела неровная дыра, валялись какие-то светящиеся белым ошметки.
Сжав тангенту рации, я спросил, сам не знаю кого и зачем:
Но вместо голоса репликанта в наушнике раздался оглушительный вой, ничего общего не имеющий с радиопомехами. Что-то огромное заслонило оконный проем, и в следующий миг я уже летел к дальней стене, отброшенный сильным ударом в грудь. Большой черный паук в матово блестящих черных латах, покрывавших его грудь и часть головы, ворвался в комнату откуда-то сверху. Превозмогая боль, я перекатился на левый бок и, вынув пистолет, выпустил в ненавистную морду с медленно двигающимися жвалами весь магазин. Бронебойные пули с визгом отскакивали, а Ждущий в Темноте только покачивался на лапах от слабых ударов.