Эпицентр этого своеобразного глаза бури теперь висел в районе улицы Подгорной, путь к которой нам преграждали вскрытые дозором опорники. Подняв маску и задержав дыхание, я сплюнул на землю кровавый сгусток. Не обращая внимания на манящий свежий ветерок, снова водрузил респиратор на место, протравив воздух. Вот теперь все будет очень быстро, вне зависимости от того, как все запланировано. Отжав тангенту на передачу, я отдал приказ подгруппе уничтожения выдвигаться к позиции Мотри. Дождавшись, пока ребята отойдут на положенное расстояние, двинулся следом.
Забег начался.
Несмотря на черноту, залившую все небо от края и до края, рассеянный белый свет никуда не исчез. Каким-то чудом все осталось как и час назад, лишь тени, отбрасываемые развалинами, стали глубже, да туман сгустился еще сильней. Пропустив вперед гранатометчиков, я нырнул в первый попавшийся подъезд обрушенной панельной пятиэтажки и взобрался по осыпающейся лестнице на третий этаж.
Перешагнув по пути через подозрительный обломок штукатурки, я вошел в пустую квартиру, чьи окна выходили прямо на дорогу. Мебель давно уже превратилась в бесформенные груды мусора. Лишь старый сервант с просевшими вниз полками скалился обломками пыльных стекол и такой же чумазой посуды. Войдя в зал, я тут же упал на пол и пополз к зияющему космами утеплителя окну с вывороченной прочь рамой. Пристроившись в углу, я вынул монокуляр и по оставленным дозорными ориентирам засек сначала одну, а затем и вторую лежку боевиков Данселя.
То, что это были именно они, сомневаться не пришлось: обе позиции были укреплены изнутри насыпными заграждениями и хорошо замаскированы от случайного обнаружения. Оборона строилась по принципу перекрытия секторов, когда зоны сплошного поражения накладывались друг на друга в наиболее опасном месте. Первая точка имела в качестве основной боевой единицы станковый КПВ, плюс снайперская фишка в соседнем доме.
Стрелок там был не слишком усидчивый, за то время, пока я осматривался, наемник ворохнулся уже раза три-четыре. Пулемет расположился в каком-то нежилом здании, на третьем этаже. Угловая стена дома и часть фасада снесены таким образом, чтобы пулеметчик имел широкий, почти на сто шестьдесят градусов, сектор обстрела. Обойти точку не получится, поскольку выходы на соседние улицы и проходные дворы оказались обрушены искусственно.