Вестник шел ко мне, и это означает по крайней мере одно тревожное обстоятельство: Завеса прорвана и некто имеет возможность пройти оттуда к нам, в Зону. Знал ли об этом кто-то еще? Само собой, знал, ведь подстерег же кто-то гонца. И что больше всего беспокоило, этот неизвестный точно знал, где объявится Вестник. Начало комбинации благодаря дошедшему сообщению в общих чертах понятно. Некто проходит в Зону и готовит плацдарм для масштабного вторжения. И самое главное, уже здесь силы вторжения имеют довольно хорошо организованную агентурную сеть. Каким боком тут причастна «Держава», пока до конца не ясно. Может быть, руководство отряда в курсе операции, а может быть, и это почти наверняка, внутри отряда есть законспирированная группа исполнителей. Лицо в видении Сажи было сто процентов человеческое, а раз он выдал моему покойному другу этот недешевый артефакт, то вполне может случиться так, что это и есть агент иномирян. Хотя это, так сказать, вилами по воде, но иметь в виду стоит именно эту морду лица.
Порывом ветра в лицо бросило пригоршню крупных дождевых капель, утихшие было на время небесные хляби снова прохудились. Когда я украдкой отирал смотровые линзы, мне показалось, что вдалеке мигнул и погас белый огонек. Видно было отвратно, но на глаз расстояние около двухсот метров, точнее не определить.
– Джей, свет справа на твои три часа. Удаление – сто-сто пятьдесят.
– …чего… не вижу… пусто. Сек… чист!
Неужели опять прибор шалит? Хотя при такой радиации и скверной видимости всего можно ожидать. Еще минут пять я вглядывался в том направлении, силясь поймать виденное однажды мерцающее нечто. Но все тщетно, ничего необычного, все та же мертвая степь и темнота. Слегка скорректировав сектор, но не шевелясь, я опять принялся размышлять о недавних событиях, пытаясь ухватить то самое, ускользающее до сих пор зерно истины. Или хотя бы слабый намек на нее.
Как ни крути, но «Держава» пока остается единственной существенной зацепкой. Итак, этот некто, назовем его пока просто агент, отдает приказ прихватить посланца. Отсюда возникает сразу несколько вопросов, а именно: знал ли он, для кого предназначается весть изначально, и не вытрясли ли при допросе из синего парня все, что он знал? При беглом осмотре я видел следы ранений и ссадины от побоев, значит, не пытали. Это лишний раз доказывает, что исполнителей сыграли втемную, приказав просто поймать и непременно живьем. Буревестник мог знать больше, хотя по виду не скажешь, что именно он был во главе отряда.
