При упоминании хозяев ткани Вероятности мой оппонент испытывал неимоверно сильную смесь ужаса и ненависти. Волна, сотканная из этих чувств, нахлынула с такой интенсивностью, что в какой-то момент я едва не потерял контроль над собой. Что случилось потом, в видениях показывалось очень путано, разобрать ничего не получалось. Однако я понял, как можно вывести существо из равновесия. Сконцентрировав оставшиеся силы, я вызвал в памяти образ того единственного Ткача, с которым довелось сражаться на станции.
И как только образ возник, сеть дрогнула, нити замерцали и начали терять цвет. Тень противника заметалась, почуяв знакомый образ, мозгоед пытался спрятаться еще надежнее. Но страх перед бывшим хозяином был настолько велик, что все случилось с точностью до наоборот. Нити Вероятности снова обрели зеленовато-мертвенный цвет, а фигура твари, пытавшейся сожрать наши со Стахом мозги, вдруг появилась в десятке шагов впереди. Я бестрепетно вынул пистолет и три раза выстрелил мозгоеду в голову.
Из-за плохой видимости и завываний ветра ничего расслышать не получилось, но жуткий ментальный всплеск боли я получил такой силы, что едва не выпустил оружие из рук. Силуэт дернулся и пропал в тут же сомкнувшихся над ним стеблях сухостоя. Спрятав пистоль в кобуру, я огляделся вокруг. Стах лежал в двух шагах слева, свернувшись клубком. Подтянув «коврушу» к себе, я поднялся с земли и пошел туда, где упал мозгоед. Он лежал ровно там, где я и ожидал его найти, в десятке шагов впереди.
Погасив «ночник» и вынув небольшой фонарик, я, бегло осмотрев тело, вынул нож и отрезал твари голову. Во рту ощущался привкус крови, неимоверно хотелось сплюнуть тягучий сгусток соленой слюны, преодолев рвотный позыв, пришлось сглотнуть. В ушах стоял противный писк, дыхание сбилось и шло с каким-то противным посвистом на выдохе. Отшвырнув голову неудачливого любителя чужих мозгов как можно дальше от тела, я побрел обратно. Напарник уже стоял на карачках, слепо шаря по земле вокруг себя.
Подняв охранника на ноги и прихватив с земли его «чебурашку», я сориентировался на местности, и мы пошли к лагерю.
Мозгоед водил нас кругами, стараясь заманить как можно глубже в заросли, где, скорее всего, у него берлога или нечто вроде столовой. Раньше мне приходилось видеть отчеты групп исследователей, нанимавших вольных старателей для разведки мест обитания разных существ. Мозгоеды не едят там, где живут.