Музыка вдруг осеклась, певица замолчала на полуслове. Теперь, кроме затихающего свиста непонятной природы, еще долгое время ничего не было слышно. Все это время я лежал в заросшей сухой травой придорожной канаве, наблюдая, как оседает пыль. Последствия непонятного воздействия, которое применял Ловец, постепенно стали сходить на нет. Отерев пыль со смотровых линз маски, я вынул монокуляр и стал осматривать территорию впереди. КПП оказался цел, пакгаузы и главный корпус тоже стояли, но были сильно разрушены. У обоих пакгаузов снесло кровлю, а стены самого «Агропрома» пошли опасно широкими трещинами. Пройти на дорогу, ведущую к границам «белого шума», скорее всего, можно, только миновав сам комплекс. Сверни я с дороги сейчас, и неизвестно, куда выйду в итоге. Спрятав оптику и сменив полупустой магазин в автомате, я поднялся из канавы. Жутко ныли суставы, в голове стоял легкий звон, а рот наполняла вязкая кровавая слюна. Короткими перебежками добравшись до угла главного здания, осмотрелся вокруг. Похоже, Ловец просто испугался устроенной ему ловушки и сбежал. Другого объяснения быть не могло, ведь труп таких размеров не заметить было бы непросто. Так, перебегая от укрытия к укрытию, я вышел к дыре, оставленной Ловцом в самом начале боя. Миновав сторожку, вышел на дорогу. Обоза уже не было, дорога впереди абсолютно пуста. Это скверно. Без чутья, которым обладает Семен, я опять рискую зайти в какие-нибудь дебри. Это не факт, но весьма вероятное развитие событий.
– Дорога выведет тебя к Кордону, только не сходи в сторону.
Голос звучал не так глухо, как если бы говорящий был в маске вроде моей. И это точно не радиоканал, он заблокирован. Все это пронеслось где-то на периферии сознания в тот момент, пока я перекатом уходил за угол сторожки. Опять этот странный наблюдатель. Несомненно, это он включил трансляцию, и, следовательно, он не прямой враг. Но привычка – вторая натура, доверять странным помощникам не в моих правилах. Насколько позволяли слуховые мембраны маски и шлема, вокруг было тихо. Пройдя вдоль глухой стены чуть назад, к забору, я выглянул с другой стороны и увидел его. На дороге, среди покореженных половинок стальных ворот, стоял человек в лохматом костюме разведчика. Невысокий. Почти субтильный. Это женщина или подросток. Костюм подогнан правильно, обношен по фигуре, ничего лишнего. Рукоять пистолета в набедренной кобуре, это «вальтер»! Она стояла расслабленно, разведя руки в стороны, сложив обмотанную камуфляжной лентой винтовку у ног.
Этот голос, рост… то, как она произносит мое имя! Нет, это невозможно. Если кто-то украл ее лицо, голос, я лично подвешу его вверх ногами и выпущу наружу потроха.