И Тай – моя девушка, и она обратилась ко мне за помощью. Вот такая запутанная история вышла. А теперь, пожалуйста, расскажи, где искать этого твоего «шайтанна».
– Шайтанн не мой. Он ваш, – хмыкнул Махмед. – Из ваших.
– Из каких «ваших»? – не понял Алекс.
– Из гавуров, – скривилась абориген.
Коллингейм вспомнил фингал у аборигена во дворе.
– Подожди, – дошло до детектива. – То есть приперся какой-то хрен с горы, начистил вам морды, а вы даже никаких мер не предприняли, чтобы защитить девушек?
– Это не он. – Абориген отвел взгляд. – Это она.
– Тайюшка? А-а-а. Она может. Морду начистить. Так вы додумались – своровать китиарку!
– Это не мы, – тяжело вздохнул Махмед. – Это он.
У Алекса возникло желание врезать чернявому даже несмотря на его выбитое плечо.
Махмед дернулся, словно от пощечины.
– Он угрожал! Он… вы знаете, что он может?..
– Оставить вас без «чистенькой» работы?! – Коллингейм вскочил. – О, да! Это гораздо серьезнее, чем жизнь женщины!
– При чем тут работа?! – Махмед дернулся сесть, но плечо снова дало о себе знать. – Он обещал здесь всё уничтожить, если мы не сделаем то, что он требует!
– Он что, джинн, блин?!
– Он шайтанн, – выплюнул абориген, словно говорил о мерзком насекомом. – И у него есть оружие.
– Как я могу его найти?
– На пляже. У него еще воздушный змей рядом с палаткой висит. Белый с синим сёрфером.
Руки Алекса опустились.
– Чет? – спросил он.
И в этот момент внизу послышался звон разбитого стекла.
Следом раздался знакомый женский визг. В два шага Коллингейм оказался у перил и повторил прыжок. Себастьян стоял почти в центре зала в стойке и крутил головой. Кайса стояла у него за спиной. Лола сидела на коленях возле раненого аборигена. Неподалеку, свернувшись клубочком, визжала «Ещё», всё также укутанная с ног до головы. По периметру помещения, у разбитых окон стояли профессиональные бойцы, в броне, шлемах и с автоматами-бластерами.
– Девушки, медленно ложитесь на пол, – как можно спокойнее произнес Алекс, заходя за спину Себу и на всякий случай, тоже медленно, вынимая оружие. Толку от него против такого противника – чисто, чтобы не безоружным умирать.
Лола послушалась и легла возле диванчика, прикрыв голову руками. Молодец, девочка. Нечто в платке рухнула, свернувшись в позу эмбриона. И заткнулась. Дышать стало легче.
– Кайса, пожалуйста, тоже, – попросил китиарец свою валькирию, которая даже не шевельнулась. – Ты нам не поможешь.
Блондинка сделала несколько шагов и улеглась рядом с раненым аборигеном.
