Замполит и инженер стояли рядом, курили.
– Ну что, отцы командиры, – посмотрел на них комэск, – какие мысли по Фролову?
Старший инженер ответил:
– Для меня очевидно, что он вел бой с духами вместе с разведчиками. Скорее всего, был ранен и захвачен в плен. Как и бойцы взвода с Павловым.
Комэск перевел взгляд на замполита:
– А ты что скажешь, Андрей?
– Согласен с инженером. О добровольной сдаче речи быть не может. Не тот человек Фролов, да и десантники не сдаются. Вопрос, для чего они духам, проще было добить здесь. Зачем обременять себя пленными?
– Ну на это у них могут быть причины, – проговорил Елагин.
– Подразумеваете показательную казнь в местных селениях?
– Не только. У Царандоя много духов разных мастей. У духов не меньше родственников. Могут и предложить обмен.
– Это было бы хорошо, – сказал инженер.
Елагин затушил окурок.
– Перед вылетом экипаж узнал, что жена Фролова подала в Союзе на развод.
– Сука, – только и проговорил инженер.
– Сука не сука, а ей сообщить о пропаже мужа.
– Ну значит, с разводом облом получится. Пропавший без ввести погибшим не считается. С ним не разводят. А почему вы вспомнили об этом?
Елагин пожал плечами:
– Не знаю! Так вспомнил. Говорили, он очень любил ее!
– Я тоже разведусь, как вернусь в Союз, – неожиданно заявил старший инженер.
Комэск и замполит не без удивления посмотрели на капитана Кузнецова.
– А это еще почему? – спросил Елагин.
– Не верю, что ждет она меня верно.
– Кто-то стуканул из дома? – поинтересовался замполит.
– Нет. Доказательств измены нет, но и веры нет. И вообще, прежней жизни, той, довоенной, уже не будет. Я стал другим. Да и она тоже.
– Это, конечно, твое дело, – сказал замполит, – но не спеши.
– А чего тянуть, раз веры нет? Господь детей нам не дал, разбежимся, и каждый начнет новую жизнь.
– Уверен, что новая жена будет лучше прежней?
Елагин оборвал офицеров:
– Нашли, о чем говорить. Здесь взвод погиб, ребята наши, а вы!
Замполит и инженер замолчали.
– Представляю, что сейчас происходит в гарнизоне.
– Да-да, – протянул замполит, – чертова война. И кому она нужна была?
– Это говоришь ты? Заместитель по политической части? Который должен постоянно твердить, что нет ничего выше интернационализма?
– Да, это говорю я. Потому что… впрочем не важно, почему.
Капитан Уткин отошел от валуна.