– И он в прошлом лейтенант советской армии? Когда попал в плен?
– Слышал, когда уже вывод войск начался, в 1988 году, он прослужил-то в Афганистане месяц. А взял его полевой командир Табрай.
– Да. Тот самый, что на своем участке оборонял кишлак от талибов.
– Интересная история. Русский в Маргине.
– А что в этом странного? У нас же тоже русский.
– Ладно. Пойду я, мне еще в Кабул ехать.
– И товар сдать и украшения для дочери прикупить. Мы же не хуже других?
– Надо, Мустафа, много забот с этой свадьбой. Можно было бы все проще сделать, но… обычаи.
– Это так! Обычаи – это святое.
– Так ты приходи на свадьбу.
– Конечно, Видад. Благодарю за приглашение. Да я и без него пришел бы.
Файдар вернулся в свою усадьбу. Пройдя сад, вошел во двор. Там уже стоял пикап «Ниссан», довольно свежий, трехлетний, недавно купленный в Кабуле. В кузове завернутый ковер, поверх плетеные корзины, различные деревянные безделушки, от трубок до детских игрушек. Рядом с машиной жена Иман и сын Гафар.
Иман держала в руках узелок и термос.
– Это вам перекусить по дороге.
– Зачем, дорогая? Мы пообедаем в кафе.
– Там вас накормят так, что через час опять захотите есть.
Файдар повернулся к сыну:
– Гафар, возьми у матери узелок и заводи машину. Бак заправлен?
– До Кабула хватит, там дозаправимся. В городе бензин лучше.
Он обернулся к жене:
– Так что купить Гульре?
– Реши сам. Украшений в дуканах много. Но слишком не траться, нам деньги еще тут понадобятся.
– И с каких это пор жена учит мужа, как распоряжаться деньгами?
– Так у меня не обычный муж. Не такой, как у всех. Его можно и поучить.
– Своевольничаешь, Иман, накажу.
– Ладно. Должны обернуться до вечера, но, возможно, задержимся. Я тогда позвоню, так что держи телефон при себе включенным и заряженным, а то до тебя частенько не дозвониться.
– Не люблю я эти телефоны.
– Что не означает не пользоваться ими.
– Если придется задержаться, остановитесь у торговца?
– Да. Но я же сказал, позвоню. Впрочем рассчитываю вернуться вечером. Особых причин для задержки не вижу. Все, дорогая, поехали мы.
Иман поцеловала мужа, сына. Со своей женой Гелой и сыном Исамом Гафар уже простился.
Мужчины сели в кабину, Иман открыла ворота, и пикап выехал на одну из четырех улиц кишлака.
Кундар прошли за считаные минуты. Селение небольшое, шестьдесят дворов на четырех улицах, сходящихся к площади, где была торговая лавка, чайхана и, конечно же, мечеть, как главная достопримечательность любого исламского поселения.