В темном лесу среди грохота мелкого дождя и резких свистков низко поднявшихся туч, девушка чувствовала себя словно в ожидании большей утраты. Тонкие полоски света пробивались сквозь листву, создавая кромешную тень вокруг нее, отчего мир казался еще более сюрреалистическим и тревожным....
— Если что надумаешь, передай знак, помогу выбраться из города.
Неплохой он, оказывается, мужик… И проницательный к тому же.
— Лили, — задумчиво поправила его я. — Меня теперь зовут Лили. И спасибо.
Тибо кивнул, признавая за мной право называться как мне вздумается.
Мы остановились у неприметной таверны средней руки. Подобные заведения не только кормили посетителей, но и сдавали за умеренную плату комнаты. Похоже, отец поселился именно здесь. Странноватый выбор для аристократа, но я уже ничему не удивлялась.
"— И ты, это, переставай уже девок учить тайным знакам, — на прощание весьма вежливо попросил наёмник. — Мои ребята заколебались шарахаться от каждой цветочницы.
— В каком смысле? — оторопела я.
Вместо ответа мужчина вытащил из рукава несвежую тряпку, заменявшую, судя по виду, носовой платок, и хитро завязал ее весьма знакомым узлом. Его я девочкам показала одним из первых. Красивый такой, с бантиком…
— «Опасность за углом», — пояснил старый вояка, одним движением распуская завязанное.
Еще один замысловатый узел с аккуратными хвостиками. Им особенно удачно подвязывались анютины глазки. Особенно если лента попадалась шелковая.
Я потёрла переносицу. Память тела очередной раз сыграла со мной злую шутку.
— Извини, попрошу их больше так не делать, — вздохнула я. — Оно само как-то получилось, я не специально.
— Проследи уж, — буркнул Тибо, сворачивая за угол гостиницы и пропадая из виду.
Оглядев улицу, я нырнула в темноватую таверну. Зал по случаю раннего времени был полупуст, но служанки, позевывая, уже протирали столы, готовясь к празднеству. Через несколько часов, когда закончится церемония в том самом, нами украшенном зале, весь город будет дружно отмечать монархическую помолвку.
— Я к мсье де Брассье. Он тут? — уточнила я, отловив за рукав одну из служанок. Та, не отрываясь от протирания стола до блеска, мотнула головой куда-то в сторону прилавка, за которым полировал металлические стаканы хозяин заведения.
— У дядьки Гуана спрашивайте, я ничего не знаю, — буркнула она не особо любезно.
Что ж, кажется, я начинаю понимать, почему отец выбрал именно эту таверну. Неразговорчивые служанки, ничего не знающие о постояльцах, — редкость, весьма полезная при тайных операциях.
На тот же вопрос хозяин таверны ответил немногим больше.
