Сердце человеку кажется беззащитным перед мощью волчьей любви, когда она насылает страсть, что не знает пределов. Но как быть, если ты - эта самка, которую они обнаружили? Как сохранить доводы рассудка и при этом стать частью этого звериного梦境？
Мужчина сидел неподвижно, странно сгорбившись, и молчал. По моей спине пробежала холодная поземка инстинктивного страха, поднимая дыбом все волоски. Незнакомец ударил по приборной доске, выругался еще раз и вдруг обернулся.
Я вздрогнула: он был почти голый! Без рубашки! По смуглой, гладкой коже груди змеилась черная вязь татуировки, убегавшая за широкий ремень джинсов. Литые мускулы поигрывали в голубоватом свете приборной панели. Я, словно под гипнозом, уставилась на кулон в виде клыка, который висел у него на шее, и почувствовала, как на лбу выступает холодный пот.
- Если ты будешь так трястись от страха, нам придется ночевать на дороге,- заявил незнакомец, глядя, почему-то, на мою грудь.
Я опустила глаза и ахнула: плед, которым меня так любезно укрыли, сполз в район талии, тонкая влажная ткань блузки натянулась, обрисовывая кружево бюстгальтера и затвердевшие горошины сосков. Я судорожно натянула плед на плечи и стянула его под шеей. Мужчина наблюдал за мной со странным и пугающим выражением на лице.
Хотя, надо признать, довольно симпатичный маньяк, жгучий брюнет с трехдневной щетиной. Черты лица правильные, но немного резковаты: прямой нос, квадратный подбородок с ямочкой, чуть прищуренные глаза, окаймленные пушистыми ресницами, и чувственный рот, сжатый сейчас в узкую полоску. Про такие лица говорят, что они породистые, но особенно поразил цвет глаз: они были светло-карие, почти жёлтые, будто янтарь.
- Насмотрелась?- буркнул незнакомец недовольным тоном.- Ты тоже ничего, когда перестаешь трястись от страха.
Я словно очнулась.
Боже мой! Сижу в чужой машине, неизвестно где, неизвестно с кем! И вместо того, чтобы узнать, куда меня завезли, любуюсь собственным похитителем... Или спасителем?
Я неуверенно посмотрела на него еще раз. Мужчина прищурился, будто ждал от меня какой-нибудь гадости.
- Ээээ...- начала я, с трудом подбирая слова,- большое вам спасибо... Не подскажете, где мы сейчас?
- Где-то под Хмельницким,- он белозубо улыбнулся.
- Что?!- я рванулась к дверце, подергала ручку и с остервенением заколотила по тонированному стеклу: - Выпустите меня отсюда! Куда вы меня завезли! Мне домой надо!
- Успокойся,- рыкнул на меня незнакомец, и от раскатистых низких ноток в его голосе мне стало не по себе.- Теперь я буду решать, куда тебе надо.
