Сердце человеку кажется беззащитным перед мощью волчьей любви, когда она насылает страсть, что не знает пределов. Но как быть, если ты - эта самка, которую они обнаружили? Как сохранить доводы рассудка и при этом стать частью этого звериного梦境？
В его безумных глазах полыхала ненависть, с оскаленной пасти падали клочья пены, капали на грудь, поросшую густой шерстью, и оставляли грязные разводы.
Черный волк подобрался, готовясь совершить самый важный в своей жизни прыжок. Отбросил прочь все лишнее, очистил свой разум. Теперь в его сознании царил лишь холодный рассчет.
Вороненый ствол плясал в руках, не давая прицелиться. Оборотень оскалился. Он знал - есть только один выстрел! И Анджей знал - только один прыжок!
Бронич не выдержал первым. Палец дрогнул, нажимая на курок.
И тут, словно черная молния мелькнула в холодном воздухе. Тяжелое мохнатое тело за долю секунды до выстрела ударило в грудь, сбивая оборотня с ног.
Грохнул выстрел. Винтовка отлетела куда-то в сторону. Волк и получеловек покатились по земле, пропахивая борозду в рыхлом снегу. Они оба рычали, стремясь добраться до горла соперника, перегрызть артерию, выпустить из нее кровь и жизнь.
Волк Анджея опрокинул врага навзнич, уперся лапами ему в грудь, клацнул мощными челюстями в миллиметре от его горла.
Глаза в глаза. Ненависть против ярости, безумие против холодного и трезвого рассчета.
Несколько секунд продолжалась борьба, но исход ее был уже предрешен.
Всего на мгновение Бронич забылся, охваченный безумным желанием уничтожить соперника, и его горло оказалось открытым.
Тот захрипел, забился в агонии, еще сильнее вгоняя когти в тело волка. Но было уже поздно. Из разорванной артерии хлестала кровь. Это была сметрельная рана, заживлять такую лугару не умели.
Еще немного - и сердце оборотня стало биться все слабее, все тише. Его тело обмякло, лапы расслабились и соскользнули с волчьего загривка, на котором осталось восемь кровавых борозд.
Черный волк тихонько заскулил. Теперь, когда враг был мертв, следовало встать и найти свою пару. Он слышал ее страх и боль, и они не давали ему сосредоточиться на собственных ранах. Он только чувствовал, как медленно заростают следы на спине, оставленные когтями оборотня.
