Простая домохозяйка Полина Иванова переживает череду личных трагедий: её сын искалечен, муж умирает в тюрьме, а виновник остаётся безнаказанным. Отчаявшись получить справедливость через закон, женщина решает взять судьбу в свои руки, превращаясь в грозную силу возмездия.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Террористка Иванова»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Простая домохозяйка Полина Иванова переживает череду личных трагедий: её сын искалечен, муж умирает в тюрьме, а виновник остаётся безнаказанным. Отчаявшись получить справедливость через закон, женщина решает взять судьбу в свои руки, превращаясь в грозную силу возмездия.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Простая домохозяйка Полина Иванова переживает череду личных трагедий: её сын искалечен, муж умирает в тюрьме, а виновник остаётся безнаказанным. Отчаявшись получить справедливость через закон, женщина решает взять судьбу в свои руки, превращаясь в грозную силу возмездия.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Ура-а! — завопила Галка, и все захлопали в ладоши.
— Во что это вы тут играете? — растерянно спросил Пилюгин. — Откуда все это?
— В карты выиграли! — ответила Галка. — Папка, неужели ты не голодный?
— У меня от голодухи голова кружится. — Пилюгин жадными глазами оглядывал стол. — С ума сойти… скатерть-самобранка… а вы что, сами еще не ели?
— Тебя ждали, папка!
— Ну, тогда поехали, — Пилюгин торопливо стянул пиджак, сел за стол.
— А руки мыть кто будет? — сказала Галка.
— Ну, ты прямо как мать, честное слово… — развел руками Пилюгин и пошел в ванную.
Через несколько минут на кухне воцарилась тишина — все четверо молча и сосредоточенно ели, подкладывая себе на тарелки то селедку с картошкой, то колбасу и ветчину, то паштет, изготовленный Полиной. И бутылка сухого вина была наполовину выпита. Наконец Пилюгин насытился, взял бутылку, налил в два бокала — себе и Полине — и спросил:
— А теперь скажи честно, Полина Ивановна, откуда деньги?
— Да какое это имеет значение? — махнула рукой Полина.
— Имеет. Для меня имеет.
— Ну, достала… в долг взяла.
— Много взяла?
— Много, — улыбнулась Полина. — В тюрьму сяду — отработаю и отдам. Там ведь платят, если работаешь?
— Платят… но так, что особо не разгуляешься. Сколько же ты взяла в долг, Полина Ивановна?
— Восемьдесят тысяч.
— Ого! Кто же такой у тебя богатый, что такие суммы в долг дает? Сочиняешь, Полина Ивановна. Я так думаю, что-нибудь в ломбард снесла. Кольцо какое-нибудь фамильное или другую драгоценность? Хотя нет… погоди… Шуба у тебя есть? Каракулевая или норковая? Угадал?
— Ну, угадал, угадал! — уже со злостью ответила Полина. — Чего ты пристал? Всем нам праздник портишь. Ох, и правду говорят: как мента ни корми, он все равно в Уголовный кодекс смотрит…
— Что, съел? — торжествующе проговорила Галка и показала отцу язык. — Так тебе и надо!
— Значит, в ломбард шубу сдала? — не обращая внимания на реплику дочери, спросил Пилюгин.
— Ну, сдала… Нам ведь надо с Витькой на что-то жить?
— Квитанция есть? Отдашь мне.
— Послушай, Михаил Геннадьевич, давай не будем в благородство играть, ладно? Такие мы благородные, такие справедливые, такие честные, что даже подташнивать начинает…"
"— Полина Ивановна, ты… ты чего-то заговариваешься… — Пилюгин смущенно поглядывал на дочь и Витьку. — Я ни во что не играю. А насчет честности и справедливости — это да, стараюсь. Профессия, видишь ли, обязывает.
— Плохо получается, Михаил Геннадьевич, — усмехнулась Полина.
— Да пока не жаловался… и угрызений совести не испытывал.
— Зря. Впрочем, какой мент когда-нибудь испытывал угрызения совести?
— Я понял, почему ты все время меня оскорбить хочешь, — сказал Пилюгин и поставил бокал с вином на стол.
