Простая домохозяйка Полина Иванова переживает череду личных трагедий: её сын искалечен, муж умирает в тюрьме, а виновник остаётся безнаказанным. Отчаявшись получить справедливость через закон, женщина решает взять судьбу в свои руки, превращаясь в грозную силу возмездия.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Террористка Иванова»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Простая домохозяйка Полина Иванова переживает череду личных трагедий: её сын искалечен, муж умирает в тюрьме, а виновник остаётся безнаказанным. Отчаявшись получить справедливость через закон, женщина решает взять судьбу в свои руки, превращаясь в грозную силу возмездия.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Простая домохозяйка Полина Иванова переживает череду личных трагедий: её сын искалечен, муж умирает в тюрьме, а виновник остаётся безнаказанным. Отчаявшись получить справедливость через закон, женщина решает взять судьбу в свои руки, превращаясь в грозную силу возмездия.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— А от двух мужиков? — резонно спросила мама.
— Ну, мама! Ты стала такая же спорщица, как бабушка! — всплеснула руками Галка.
Пилюгин отодвинул рукав пиджака, посмотрел на часы:"
"— Пора мне, Люда, не сердись… завтра приеду, — он встал, наклонился и поцеловал жену в губы, и она встрепенулась, обвила рукой его шею, и поцелуй получился долгим и страстным. Галка старательно смотрела в окно.
— Ты рожай поскорее, — прошептал Пилюгин, вновь целуя жену. — Ох, мы и погуляем… по полной программе, Люда-а-а…
— Рожай скорее, мамочка, — сказала Галка, поднимаясь со стула. — Мы с папой поспорили — если будет пацан, он мне компьютер подарит.
— Интересно, Полина Ивановна, где же ты нитроглицерин раздобыла? — спросил капитан Тулегенов, сидя за своим столом и дымя сигаретой.
— Да на Даниловском рынке, — за Полину ответил Голубев. — Там его как подсолнечное масло продают.
— Шутники… — презрительно хмыкнула Полина.
— А все же, если не секрет, где? — повторил вопрос Тулегенов.
— Где надо, там и раздобыла. Вам там не продадут.
На столе перед Полиной зазвонил один из мобильников, потом второй. Опера встрепенулись, только Полина безучастно смотрела на большой плакат с женщиной в рабочей спецовке и красной косынке. Она строго смотрела с плаката, внизу красовалась надпись черными буквами: «Не болтай!» Телефоны, прозвонив несколько раз, замолчали.
— Не иначе как на химкомбинате, куда из вашей химчистки одежду отправляют, верно говорю, Полина Ивановна? — сказал Тулегенов.
— Догадливый… — усмехнулась Полина Ивановна.
— А чего ты Пилюгина в виноватые записала, Полина Ивановна? Мы ведь законы не пишем. Пилюгин только арестовал твоего мужа, а судил его суд — вот с судьи и спрашивать надо.
— Я знаю, с кого спрашивать, — огрызнулась Полина, с ненавистью посмотрев на Тулегенова. — Вас бы всех пострелять, ментов поганых.
— Суровая ты женщина, Полина Ивановна, — вздохнул Тимонин. — Беспощадная.
— Чья бы корова мычала, да ваша молчала, — парировала Полина. — Мастера уголовные дела стряпать! Суки! — Рука, державшая револьвер, устала, и Полина переложила его в левую руку.
— Какие это мы дела стряпали? Что ты мелешь? — вскинулся Голубев. — Говори, да не заговаривайся.
— Ты меня на глотку не бери, не из пугливых. Ты лучше своего начальника Пилюгина спроси, как он умеет дела шить. Да ты и сам, небось, давно научился — по тебе сразу видно, из молодых да ранних.
— Ну конечно, твой муженек ангелом был, ему бы крылышки прилепить, а его менты повязали. Да ты вспомни лучше, за что твоего мужа посадили? Забыла? Напомнить? Он в человека в упор стрелял, не было этого, да?
— Ранение-то пустяковое было, так, чуть кожу на боку царапнуло, — перебила Полина. — В результате — он живой, здоровый, а мой муж в могиле.
