Объявление вызвало грустную улыбку на губах Маргарет: "Требуется немолодая и некрасивая сиделка с плохим характером для ухода за психически неуравновешенным пациентом. Низкая оплата и проживание в дряхлом замке со сквозняками гарантированы." Без колебаний она собрала необходимые вещи, готовясь к незапланированному приключению....
— Природа не одарила ее особым талантами, но она так любила рисовать. Рада видеть тебя в добром здравии, Марга…
— Добрый день, — влезла вперед Соланж. — Констанция, какой чудесный сюрприз! Мы так признательны вам за доброту… Что вы стоите, Пруденс, — прикрикнула она с явным неудовольствием, — ступайте за чаем!
— Пруденс, — повторила хозяйка дома, будто пробуя на вкус это имя. Ее умный, живой взгляд скользнул по подруге, мгновенно оценив скромное платье, брови нахмурились, а на лице появилась озабоченность.
"Как и все в этом тихом городишке, Флери и Леклер были знакомы, но, насколько Маргарет было известно, лишь формально. Слишком разный образ жизни вели, чтобы их могло связывать что-то, кроме совместных обедов и ужинов у общих знакомых. Более того, Констанцию неизменно забавляло высокомерие Флери, которые кичились своим корнями, совершенно не замечая, что сами по себе ничего собой не представляют.
Поэтому сейчас виконтесса держалась вежливо, но в то же время совершенно свободно, явно осознавая тактическое превосходство своего положения.
— Экономку? — изумилась Соланж. — Ах да, она ведь прежде служила у вас.
Констанция усмехнулась. Она приближалась к возрасту, когда женская красота начинает увядать и оттого становится еще более пронзительной. Облаченная в строгое серое платье без вычурных драпировок, где о вдовстве напоминало неизменное колье из черного жемчуга, виконтесса Леклер казалась символом уходящей эпохи — элегантной и сдержанной.
…Они сдружились случайно, поспорив из-за клубня георгина в лавке торговца.
