— А теперь вали отсюда, красавчик!
Последняя фраза настраивает меня на более оптимистичный лад.
— Эй, постой, при чем тут жлобство? А как же любовь? — пытаюсь я продолжить разговор. — Эй, ты способна любить, детка?
— Дай поссать… — устало отвечает она. — Без твоей клоунады тошно.
«Мудачье, блядь, одно!». Это последнее, что я услышал, прежде чем покинуть WC.
В коридоре я лицом к лицу сталкиваюсь с девушкой, держащей микрофон, и парнем с камерой на плече. Парень тут же включает камеру, ее фонарь бьет мне в лицо, девушка тычет в меня микрофоном с надписью MTV и говорит:
— Привет, ты давно здесь? Как тебе вечеринка? — Только приехал, пока не понял. — Я оглядываюсь по сторонам и стараюсь понять, что послужило причиной этого спонтанного интервью? Меня все-таки включили в «ТОР-100 самых красивых людей Москвы»? Скорее всего, да. А почему я это пропустил? Наверное, в пятницу вышел номер. А как они меня нашли? Олег сказал, где я? Больше некому. Так-так, настроение быстро поднимается. Мое первое интервью — базовое, можно сказать. Главное — держать форму.
— Ты часто ходишь сюда? Прикольная у тебя футболка! — наседает девица. — А какая музыка тебе нравится?
— Футболка обычная, просто сидит хорошо, потому что я два ребра себе удалил, не хватало талии, врубаешься? А музыка… самая разная. От трип-хопа до попсы восьмидесятых, от гангста-рэпа до манерной вычурности «Radiohead». Вообще, я предпочитаю играть, а не слушать. Последний диск «Московского Первого», моего проекта… Слушай, задай свой вопрос еще раз, я, кажется, щурился, камера слепит. Только сейчас привык.
— Ага, — кивает девчонка. — Как тебя зовут?
— Это что, шутка такая? Ты стреляешь не целясь, зайка! Меня зовут Андрей Миркин, если кто еще не в курсе.
— Спасибо, — вякает она.
— Моя музыка держит на плаву весь город, — продолжаю я, а парень выключает камеру, девушка убирает микрофон, и они проходят мимо, даже не дав мне закончить фразу.
— Это что, все что ли? — говорю я. — Постойте, я не закончил! Какое-то херовое интервью получилось, тебя за него с работы выгонят!
Девушка оборачивается, благодарит и улыбается. Тут до меня доходит, что интервью-то не базовое, а самое ординарное. Из тех, когда тебя ловят на тусовке, спрашивают «как дела?», три секунды снимают, а потом вставляют в нарезку, сопровождающую отчетный блок в вечерних музыкальных новостях. Между фрагментами концерта и двумя провинциалками, орущими в камеру: «Привет, Самара!». Как же я ненавижу эту жизнь!
Вернувшись к питерской компании, я нахожу всех уже сильно датыми. На столе стоит кальян, чашки с зеленым чаем и стопки с водкой. Богема набралась.
— А вот и он! — обращается ко мне один из парней. — Чо-то ты долго!
— Он анекдот новый сочинял, — шипит Ритка.