Автор
В апреле 1904 года, в Тифлисе, мир рухнул после ужасного убийства посланника. Роман исследует эту ночь как точку отсчета, меняющей всю жизнь персонажей — от царских гвардейцев и дворцовых фавориток до простых тифлисцев. Атмосфера книги ощущается как сиеста в темном доме, где все знает обо всем и каждый думает о том, что они не знают....
Ковалев поежился:
– Бр-р… Знать, что вас собираются убить, и все-таки поехать… Правду говорил Скиба: ничего вы не боитесь!
– Боюсь, Георгий Самойлович, – сознался Лыков. – И жить хочу не меньше других. Но лучшего способа поймать кукловода нет.
– Сколько всего выходит людей?
– Два ваших, – стал загибать пальцы сыщик. – Моих четыре пограничника. Имадин Алибеков. Это те, кто поддержит нас снаружи. Семеро – не так уж и мало.
– И вас шестеро: вы с Максимом Вячеславовичем и конвой, – закончил полицмейстер. – Но Скибе придется все открыть.
– Нельзя.
– А он, когда узнает, может отказаться.
– Может, – согласился Алексей Николаевич. – Имеет на это полное право. На пули идти он не подписывался. Человек в отставке, свое уже хлебнул.
– И как быть?
– Вот сейчас и узнаю, – сыщик поднялся. – Откажется – будет трудно. По инструкции, возглавлять транспортировку денежных сумм должен ответственный представитель. Если это не Максим Вячеславович, кто тогда? Посылать другого человека, который ни сном, ни духом? Я думаю, Скиба согласится, чтобы спасти свое честное имя.
Он нашел отставного сыщика на Абастуманской, в конторе анонимного общества. Максим Вячеславович сидел над какими-то таблицами.
– О, Алексей Николаевич! – обрадовался он. – Какими судьбами? А я тут совсем зашился.
– Да, не видел вас уже несколько недель. Что такое? Работы много?"
"– Не то слово. Во Владикавказе пускают трамвай в конце августа.
– Почему?
– Много причин. Во-первых…
Тут открылась дверь, и в кабинет вошел прилизанный мужчина в синих нарукавниках.
– Максим Вячеславович! Новости. Ой, простите, вы не один…
– Деньги привезли, Дормидонт Осипович?
– Точно так. Теперь все до копеечки.
– Я подойду попозже.
– Слушаюсь!
Прилизанный исчез, бросив на Лыкова любопытный взгляд.
– Это старший кассир?
– Да.
– Как его фамилия?
– Варун-Секрет.
– Как? – опешил коллежский советник.
– Варун-Секрет, через дефис.
– Поляк?
– Черт его знает, – пожал плечами директор-распорядитель. – Какая разница? Лишь бы не крал.
– Он именно кражу и задумал.
Скиба опешил. Обернулся на дверь и спросил вполголоса:
– Шутите?
– Нисколько.
– Это точно? У нас сейчас в кассе большая сумма.
– Знаю.
