Автор
В коридоре общежития молниеносно прошла фигура, и в полнейшем замешательстве соседка Ирка подхватила тебя за руку. Но когда ты упал на месте — прямо с полумгновения, какое-то удивление затопило её глаза. Эта книга не только расскажет о загадочных встречах, но и подарит тебе незабываемую впечатляющую атмосферу....
Надо же понять, насколько запас аргументов исчерпаем?
Эпилог
— Черт… Черт-черт-черт! Тигр, ты — козел!
— Обидно сейчас было, киса.
— Ничего! Правда глаза не колет! Как ты мог?
— Как-как… Вот так…
— Но я не готова!
— Ты все время не готова… Сколько можно твоего «подумаю, подумаю, подумаю»?
— Столько, сколько нужно! Я говорила, что не уверена в тебе!
— Ай, все! Вон, нас уже встречают…
— Знакомство с родителями! Как ты мог так внезапно? Бо-о-оже…
— Да все хорошо будет. Они тебя уже любят.
— Не поверю никогда!
— Зря. Нани рассказала про тебя.
— Боже… Нани… Такая ответственность… Гад!
— Хорошо, что я тебя выебал сейчас… Не представляю, как бы ты орала, неудовлетворенная, если два раза кончившая так вопишь…
— О-о-о… Гад… Мои волосы… Мои губы… О-о-о… Как я тебя ненавижу! Ни за что замуж не выйду за тебя теперь! Все!
— Вот сейчас это отцу моему скажешь. И маме. И сестрам.
— А-а-а…"
"— Ну ты чего, киса? Ну не плачь… Блядь, меня возбуждает так… Слезы твои… Сладкие… Ну, хватит, куда мне со стояком к родным? Неприлично… И дорога горная, опасно…
— Что-то тебя совсем недавно эта опасность вообще не колебала! Тормознул прямо на обочине над пропастью! И… И трахнул!
— Ну так потому что адреналин… Сбросить надо было напряг.
— А-а-а, вот как это теперь называется? Потому ты такой спокойный, смотрю! А я? Я? Как мне маме твоей в глаза смотреть?
— Ты — самая красивая… Вон там, салфетки влажные.
— Гад.
— Очень вкусные губы.
— Молчи вообще. Опять не брился. Все щеки красные.
— Мне нравится.
— И засос! Опять на шее засос! Боже, ты — животное!
— Ну, у меня тоже весь затылок в царапинах…
— О-о-о… Больно?
— Поцелуй, пройдет…
— Ох, все! Я-то думала, там что-то серьезное… Как я выгляжу?
— Офигенно. Поехали? А то родители уже в недоумении, наверно, чего мы тут застряли…
— Поехали.
— Ты уже не злишься?
— Очень злюсь.
— Красивая такая, когда злишься… И, Мара…
— Что еще?
— Скажи маме, что сына назовешь Михо.
— Ка-какого сына? Ты чего?
— Как какого? Нашего. Будущего.
— Да я же не беременная!
— Это дело поправимое.
— У-у-у… Ненавижу… А почему Михо?
— Дед так хотел. У него в войну побратим был русский, Михаил звали. Они пообещали друг другу сыновей именами своими назвать. Михаил сдержал обещание, назвал сына Теймуразом. А дед… Дед не смог. Одни девочки рождались.
