Частные детективы Макара Илюшина и Сергея Бабкина берутся найти картины, похищенные из музея. Погружаясь в мир искусства, полный интриг и тайн, они вынуждены распутывать сложную паутину лжи и предательства, рискуя столкнуться с опасными врагами.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Тигровый, черный, золотой» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Частные детективы Макара Илюшина и Сергея Бабкина берутся найти картины, похищенные из музея. Погружаясь в мир искусства, полный интриг и тайн, они вынуждены распутывать сложную паутину лжи и предательства, рискуя столкнуться с опасными врагами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Елена Ивановна Михалкова Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Частные детективы Макара Илюшина и Сергея Бабкина берутся найти картины, похищенные из музея. Погружаясь в мир искусства, полный интриг и тайн, они вынуждены распутывать сложную паутину лжи и предательства, рискуя столкнуться с опасными врагами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Но вот когда мое творчество задевают, этого не надо. Та художница от слова «худо» – она не против меня тявкала, она против моих картин тявкала.
Бурмистров вернулся в прежнюю позу и обвел взглядом полотна на стенах. Выглядел он как полководец, обозревающий своих лучших солдат. Бабкин все-таки не удержался и посмотрел на коня. Конь с тоской смотрел на Бабкина, и во взгляде его было написано: «Пристрелите меня уже кто-нибудь».
«Терпи, – мысленно ответил ему Бабкин. – Мы же терпим».
«Ты-то потом своими ногами отсюда уйдешь, а я на этих копытах даже утопиться не могу», – сказал конь.
Бабкин малодушно отвел взгляд.
– Чем все закончилось? – спросил он.
– Я ж говорю, мне такое спускать не с руки. Хотела воевать, героиня, – получи войну. Разобрался с ней. Я, извини, в позу терпилы становиться не подписывался, так?
– Каким образом разобрались?
– Ну, пообщался с Ясинским. Узнал, что там с художественной ценностью картин у этой деятельницы. И почему она, ты думаешь, вопила громче всех? – Бурмистров развел руками. – Потому что сама вообще рисовать не умела. Ни формы, ни цвета. Мысли нету. И-де-и. Вообще ничего. Когда я появился, она на меня накинулась – творческой зависти не выдержала. Ну, Ясинский заявил, что и так слишком долго ее терпел, и выкинул. Это как бы, согласись, было не мое решение. Я только задал вопрос.
– Давно это случилось?
– Года два назад…
– А фамилию этой художницы вы помните?
– М-м-м… Кочегарова, что ли… Слушай, у Ясинского спроси. Я такую ерунду не запоминаю.
– Игорь Матвеевич, а как вы пришли к живописи? – вдруг подал голос Илюшин."
"Даже чуткое ухо Сергея не уловило в его вопросе ни ноты насмешки. Он встревожился, что Бурмистров спросит, какое их собачье дело, – и отчасти будет прав; Сергею не было понятно, чем продиктован интерес Макара.
Однако Бурмистров не только не рассердился, но и благосклонно покивал.
– Я в бизнесе, так сложилось, всю жизнь. Вкалывал до седьмого пота, думал только, как семью обеспечить… У меня жена, родители, – пояснил он. – А тут бац – мне сорок, и супруга объявляет о разводе…
– Как так? – ненатурально удивился Макар.
– На ровном месте, – прочувствованно сказал Бурмистров. – Живешь, доверяешь человеку, а потом удар ножом в спину. Это жизнь, мужики… Это, мать ее, жизнь.
Он тяжело вздохнул и посмотрел на приоткрытую дверь. «Накрыли в бане с девками», – решил Сергей.
– Свинтила любезная моя супруга, я остался один. Одиночество… Кто его испытал, тот прежним не станет. Ну, страдание – оно, в общем, облагораживает душу. Об этом еще Достоевский писал. – Бурмистров помолчал. – Отправился я к психотерапевту. Проницательная баба! Не зря за прием дерет.
