Остросюжетная повесть о людях военных профессий, противостоящих фашистским захватчикам. Герои — казаки-пластуны и контрразведчики — предотвращают вражеские диверсии и разоблачают агентурные сети противника. Напряженное действие, боевые сцены и героизм советских воинов.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Тихий городок»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Остросюжетная повесть о людях военных профессий, противостоящих фашистским захватчикам. Герои — казаки-пластуны и контрразведчики — предотвращают вражеские диверсии и разоблачают агентурные сети противника. Напряженное действие, боевые сцены и героизм советских воинов.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Остросюжетная повесть о людях военных профессий, противостоящих фашистским захватчикам. Герои — казаки-пластуны и контрразведчики — предотвращают вражеские диверсии и разоблачают агентурные сети противника. Напряженное действие, боевые сцены и героизм советских воинов.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Буду только благодарен за подобную услугу. УПА берет на себя акцию с переселенцами, а одна из моих групп совершит нападение на советский пост при въезде в город. Причем все будет обставлено так, словно это сделали восставшие жовнежи.
— Тогда будем считать, что мы договорились. Забудьте о станиславских переселенцах и занимайтесь только подготовкой мятежа. Желаю удачи, господин капитан.
— Спасибо, господин оберштурмбанфюрер. До свидания.
Матушинський щелкнул каблуками, направился к выходу. Оставшись вдвоем с Суховым, Штольце подошел к нему, заглянул через его плечо в газету.
— Что-нибудь интересное?"
"— Увы, обычная говорильня… как в прессе легально существующего правительства, так и в подпольной. «Лондонцы» именуют здешних лидеров собранием преступников и бандитов; «люблинцы» называют своих заморских противников сборищем предателей и изменников… Забавный народ эти поляки! От их внутренних склок и непомерных претензий к соседям уже триста лет у всей Европы зуд как от чесотки.
— Чему удивляться, если Польшей пытались править одновременно восемьдесят тысяч шляхтичей? Таких, как Матушинський… тщеславных, самовлюбленных, недалеких.
— Герр оберштурмбанфюрер, вы льстите Матушинському, называя его шляхтичем. В Польше всего 877 старинных дворянских родов, а вся остальная шляхта — это нищие беспородные дети восемнадцатого века, когда разорившиеся магнаты предпочитали награждать своих любимых лакеев не золотом или землей, а возводили их в шляхетское достоинство. Поэтому от типов, подобных Матушинському, пахнет не благородством и честью, а кухней, псарней или конюшней… В этом отношении Польшу можно сравнить лишь с Грузией, где на семь крестьянских дворов приходились один князь, двое дворян и три бродячих пса.
— Не спорю с вами, господин полковник, вам лучше известна славянская и кавказская история. Но мы несколько отвлеклись от дел, и я предлагаю вернуться к ним.
— Хорошо. Давайте вначале закончим разговор о бригаде Хлобуча. Неужели вы всерьез восприняли план Матушинсьского?
— Почему бы и нет? Мятеж в полку правительственных войск, обставленный как результат происков подчиненных Хлобуча, лишит его доверия «люблинцев». А уничтожение советских офицеров-инструкторов и нападение на красноармейцев в городе может повлечь за собой ответные вооруженные действия русского командования.
— Ничего этого не будет: ни потери доверия к Хлобучу, ни карательных акций советских войск против здешних аковцев, — уверенно сказал Сухов. — «Люблинцы» и Советы не настолько глупы, чтобы не понять истинных причин мятежа. Самое большее, чего вы добьетесь в результате проделок Матушинського, — это затянете переход бригады к коммунистам на двое-трое суток.
