В тревожном времени войны, Юго-Западный фронт рухнул, и враг овладел богатыми землями Донбасса. Наступление несло угрозу Кубани и путей к Северо-Кавказскому региону — важным поставщику нефти для армии и промышленности страны. В этих экстремальных условиях Сталин подал распоряжение №227: "Ни шагу назад!" Чтобы помочь сражавшимся на Дону войскам, было решено перенести центр тяжелых боевых действий в укротичный городок....
Главное — нужно во что бы то ни стало избавиться от наблюдения. После этого придется рискнуть и пойти на контакт с Вилли без предварительной разведки. Ведь завтра за Гараниным могут увязаться более опытные «топтуны», избавиться от которых будет куда труднее."
"Илья Ильич спокойно спустился на набережную к причалу Кабаташ. Туда как раз пришвартовался паром, перевозивший людей и автомашины через Босфор в Ускюдар, азиатскую часть Стамбула. С парома стекала шумная людская река, медленно сползали машины.
— Сумею ли я вернуться обратно через час?
Тот, конечно, не понял Гаранина, говорившего по-немецки. В разговор вмешался один из пассажиров и перевел вопрос.
— Но я обязательно должен быть здесь через час, а то опоздаю на самолет, — взволнованно воскликнул Илья Ильич. Добровольный переводчик что-то сердито втолковывал паромщику. Тот с досадой плюнул, обругав всех этих «мунтаров»,[55] схватил какую-то доску и перекинул ее на причал. Гаранин едва успел сбежать на берег. Янычар и Ушастый засуетились, пытаясь пробиться сквозь толпу к борту, но когда это им удалось, было уже поздно: причал и паром разделяла пятиметровая полоса воды.
В доме Шнелей дверь Гаранину открыла сухонькая старушка с седыми буклями. В первый момент он даже не сообразил, почему ему знакомо ее лицо. И только потом вспомнил, что видел старушку вместе с Вилли на фотографии, которую тот попросил передать жене брата в Новосибирск.
