Тася чувствует взгляд Яра, Альфа-босса волчьей стаи. Ее словно привлекает его звериная сила и ужесточенная манда, но страх окутывает ее сердце. Не желая больше обманывать своего лидера, Тася закрывает глаза, боясь, что Яр может прочитать ее мысли, открывающиеся перед его могучим взором....
И что-то странное происходило со мной и с близнецом, когда мы запихнули принцессу в наш джип и повезли домой.
В наш дом. В дом стаи Серых.
Мы знали, что рано или поздно Альфа приедет – это был, в первую очередь его дом. Но почему-то мы привезли ее не куда-нибудь, а именно сюда.
Она была такой необыкновенной. Я не мог сказать, что она самая красивая девушка, которую мы видели – реально, мы-то с братцем повидали их – ого-го! Но… она была другой.
Чистой. Нежной.
Настоящей.
А мы… Мы были двумя грязными самцами, у которых просто атомная война развернулась в паху, стоило увидеть ее лежащей на наших любимых черных простынях!
Я посмотрел на Влада, он на меня…
Мы понимали друг друга без слов – на то мы и были близнецами.
Немножко поиграем и все, решили мы. Все равно она спит. Пусть спит. Сделаем ее сон приятным.
Но стоило нам снять с нее одежду, почувствовать ее запах…
Твою налево! Как Альфа мог сдержаться и не трахнуть ее сразу, как только привез в свое логово?
Мы поняли, какая реально, сила воли у нашего старшего.
Ее аромат дразнил, сводил с ума, голова кружилась от этой невозможной сладости!
Так хотелось прикоснуться, попробовать! А потом смять, сорвать, взять, насладиться!!!
Хотелось быть вокруг ее тела, внутри ее тела.
Я знал, очнувшись она не обрадуется нам, но мы постарались применить все свое умение. Нет, даже не умение, всю страсть, которая была в нас.
Сначала она достигла вершины еще пребывая в забытьи сна.
Мягкая, влажная… она текла потому, что мы ласкали ее! Текла от моих поцелуев, текла от того, что Влад ласкал ее грудь.
И ее сок был невероятно вкусным. Чистый афродизиак. Живая молекула возбуждения.
Разумеется, поняв кто с ней она стала сопротивляться.
Я и не сомневался в этом. Мы не сомневались. И, наверное, мы были бы разочарованы поведи она себя иначе.
Ее взгляд изменился, когда я дал ей попробовать свои пальцы, покрытые влагой ее возбуждения.
- Сладкая, сладкая принцесса…
Она была сладкой, невинной, чувственной, готовой открыться, готовой отдаться.
- Вся наша, ты ведь наша?
- Я… я не знаю. Я боюсь.
- Чего ты боишься, малышка?
- Она боится довериться нам, брат. И она права. Сначала, нам нужно лучше узнать друг друга…
Наш младший иногда был мудрее нас, и лучше понимал женщин.
