Автор
Студентка решает поцеловать мрачного ректора Гордеева ради карточного долга. Между тем, её планы могут обернуться опасными интригами, когда она узнает правду о его тайной жизни. Перед Еленой Аркадьевной встаёт выбор между желанием и выгодой.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Тёмное сердце ректора Гордеева»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Студентка решает поцеловать мрачного ректора Гордеева ради карточного долга. Между тем, её планы могут обернуться опасными интригами, когда она узнает правду о его тайной жизни. Перед Еленой Аркадьевной встаёт выбор между желанием и выгодой.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Лючия фон Беренготт Легкое чтение Любовные романы Самиздат подборки серии
Студентка решает поцеловать мрачного ректора Гордеева ради карточного долга. Между тем, её планы могут обернуться опасными интригами, когда она узнает правду о его тайной жизни. Перед Еленой Аркадьевной встаёт выбор между желанием и выгодой.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Адреналин зашкалил, кровь мгновенно вскипела…
«Никита, останься, Никитина, останься, Никитина…» – без конца крутилось в голове – все быстрее и быстрее, сливаясь в одно целое, цепляя конец с началом, с каждым оборотом все больше превращая вполне понятную и обыденную фразу в какую-то бессмысленную белиберду…
– Ты в порядке? – прошептала Элька, вероятно заметив, что я качнулась – от словесной карусели начала сильно кружиться голова.
– Нет… – прошептала в ответ деревенеющими губами. – Мне плохо… Все отменяется, Эль, я не смогу… Я… Зачем он меня зовет?!
Мой телефон рядом брякнул сообщением. Видя, что я не в состоянии, подруга подняла его и глянула. Стараясь успокоить бушующий в ушах пульс, я тоже скосила глаза.
С незнакомого и нераспознаваемого номера пришло сообщение.
«Помни про процент, Никитина. Уже тридцать тысяч должна».
– Сука… – выругалась Элька. – Может, и в самом деле все отменим? Найдешь работу, возьмешь аванс…
Я слабо кивнула, потом помотала головой…
– Кто мне аванс даст, Эль? Еще скажи ссуду в банке взять…
– А если положить на нее? На Буркову? С большим таким, толстым прибором…
– И прятаться год по подъездам от ее дружков?
– Тогда кончай тут заваливаться, сопли подобрала и вперед! – зарычала, вдруг разозлившись, Элька. – То же мне, тургеневская барышня нашлась! Играть не надо было, когда денег нет, картежница хренова!
Как ни странно, ее ругань придала мне решимости и поставила на ноги – в буквальном смысле этого слова, потому что я вдруг нашла в себе силы встать и побрести по пологим ступенькам вниз, к сцене – туда, где оставленные для «разговора» студенты столпились вокруг Гордеева, который стоял, прислонившись и чуть присев на стол рядом с кафедрой.
А экзекуция уже началась.
Вот ректор выслушал и назначил штраф одному человеку – Сене Мартынову, имевшему несчастью уронить под своим большим весом библиотечную полку – отменил уже запланированную пересдачу второму, подготовил к отчислению третьего (точнее, третью – Оксанку Смирнову, которую заподозрили в списывании)…
Толпа перед ректором редела катастрофически быстро, пока он одинаково безжалостно расправлялся со своими подопечными – провинившимися кто в серьезных грехах, кто в совсем уж незначительных…
Он не простит мне, поняла вдруг я. Не простит, не спустит на поводу, не примет никаких объяснений… И никакие мои фальшивые восторги по поводу новых батарей не прокатят.
Во-первых, потому что Гордеев совсем не дурак. А во-вторых, потому что у него реально нет сердца.
И с каждым шагом вперед, с каждым отпущенным и покидающим аудиторию студентом, я все яснее и яснее это ощущала. Чувствовала, как отрезаю себе путь назад, к нормальной жизни, к продолжению учебы, к хорошей и устроенной столичной жизни.
