Автор
Студентка решает поцеловать мрачного ректора Гордеева ради карточного долга. Между тем, её планы могут обернуться опасными интригами, когда она узнает правду о его тайной жизни. Перед Еленой Аркадьевной встаёт выбор между желанием и выгодой.
Такой же, каким был полторы недели назад. Такой же чужой, как и для всех в этом университете. Будто меня вдруг отбросило назад во времени, где я не имела права наброситься на него с поцелуями, а лишь могла пугливо поднять глаза, вздрогнуть от колючего, заранее обвиняющего взгляда и поспешить прочь, судорожно вцепившись в ремни сумки.
Собственно, так и следовало поступить, будь я Элькой.
Стараясь не делать лишних движений, я шагнула назад. И еще раз, оглядываясь на второй выход из подворотни.
Сердце предупреждающе и тоскливо заныло – не уходи, не уходи, он же ищет тебя…
Ищет, чтобы наказать! – жестко ответил мой разум. Или пристыдить. Или как-нибудь по-другому… расследовать мой моральный облик. А я не заслужила всех этих расследований. И не заслужила его недоверия.
Не верит, путь ищет себе другую Видящую. Или женщину. Или… кого угодно, но другую. Чистую непорочную и не давшую ни одного повода сомневаться в себе.
Равнодушно скользнув по мне взглядом, Демьян прислонился к кирпичной стене, откинул на нее голову и закрыл глаза. Потому сунул руку в карман и вытащил оттуда знакомую уже мне плоскую бутылку с коньяком.
Вот теперь точно самое время уйти! – подогнала я саму себя и бочком-бочком двинулась прочь, в направлении проходного двора здания. Одновременно надеясь, что он не заметит меня и люто желая, чтоб заметил. Умоляя, чтоб остановил. Запретил уходить.
Ведь это же не будет считаться, что я сдалась, если он насильно заставит меня остаться рядом с ним, правда?
– Увидишь Елену… скажи, чтоб возвращалась. Я прощаю ее.
Я замерла, не оборачиваясь. Надеясь, что меня не слышат, шумно сглотнула слюну.
Ректор подошел ближе – я почувствовала это еще до того, как услышала его шаги.
– Ты ведь… знаешь, что между нами, не так ли? – утверждающе спросил.
Вся дрожа, я кивнула.
– Да, Ленка… рассказала мне… что у вас… у вас роман.
– И больше ничего? – голос его стал жестче, опаснее.
Если бы я была Элькой, я бы дико испугалась. Но постаралась бы не подать виду – я ведь не должна знать, кто он, и, стало быть, умирать от страха мне нет резона.
– Н-ничего… – лишь на мгновение запнувшись, ответила.
– Хорошо, – за плечо меня взяла крепкая рука и медленно развернула. – Тогда передай ей, чтоб не дурила и возвращалась как можно скорее. Я хочу… сделать ей предложение. И мне плевать на ее прошлое.
У меня в жизни больше не было раздрая в душе и в голове.
