Мы повернулись и побежали — прочь от этой неоконченной, а может, уже кончившейся, истории, побежали по коридорам, по залам, прочь из здания, на поле, где молчаливые мёртвые корабли указывали на звезды, от которых мы, возможно, навсегда отрезаны.
Снаружи чувства, охватившие нас в здании порта, слегка рассеялись. Солнце светило, дул прохладный ветер, мы вновь поверили, что живы. Хотя главная цель, ради которой мы пришли в порт, не выполнена, здесь было многое другое, что может оказаться полезным. Я решил посмотреть, что можно будет постепенно переместить в Батт. А если удастся найти флиттер в рабочем состоянии, нам вообще повезёт. Легче было бы разойтись, действовать поодиночке и встретиться в условном месте, но мы не хотели этого. Не хватало решимости бродить в одиночку по городу, населённому мертвецами.
То, что нам нужно, могло находиться лишь в нескольких местах — в парке для действующего транспорта, в пакгаузе инопланетной техники (впрочем тот, вероятно, пуст), в мастерской, где ремонтировали транспорт, и на общем складе. Я перечислил эти места, Тед согласился. Но остатка дня на поиски не хватит, и мы решили переночевать в пакгаузе. Заходить в жилые дома не хотелось.
Машинный парк нас разочаровал. Как и в Фихолме, здесь большинство флиттеров и хопперов было методично уничтожено. Один или два уцелевших нуждались в ремонте. Впрочем, я решил, что со временем мы сможем привести их в рабочее состояние.
Больше всего угнетала тишина. Да, шелестел ветер, мы слышали крики птиц (слишком много птиц для населённого места), время от времени — шаги животных. Но нам всё время хотелось оглянуться. Странное чувство, как будто из комнаты, в которую мы вошли, люди только что вышли; кто-то исчез за углом за секунду до нашего появления. Напряжение росло, пока Тед не выразил его в словах:
— Они здесь! — это был не вопрос, а утверждение.
— Нет, мы ведь никого не видели. — Но я тоже чувствовал, будто за нами следят. Неужели это потому, что здесь много мертвецов?
После парка мы осмотрели пакгаузы, где разгружались корабли. Я смутно помню, как ещё мальчишкой приходил сюда с отцом. Тогда это было шумное место. Одновременно разгружались четыре — пять кораблей, привозили технику, увозили продукты, произведённые в наших лабораториях; всё здание было забито грузами. Теперь оно пустовало. В дальнем конце — несколько тюков. Мы пошли туда. В помещении было темно. И даже шелест наших шагов звучал здесь слишком громко.
— Грабители… — вдруг сказал Тед.
Он был прав. Остатки иноземных грузов разграблены. Мы увидели разбитые ящики, перевёрнутые тюки и опять бессмысленное уничтожение ненужного. Тщательный осмотр помог бы отыскать что-нибудь полезное, но транспорта у нас не было, а в рюкзаки мы намерены были класть только самое необходимое.