Автор
В мире, где власть принадлежит только одному человеку, Эви сталкивается со своей тайной мечтой - отстранить его из власти. Книга "Тиран моей мечты" держит в напряжении читателя, исследуя границы справедливости и жестокости.
Я прекрасно понимала, что он хочет поговорить, поэтому улыбнулась и кивнула Назару, чтобы не шел с нами.
— Вот, Тинка, — сказал дядя, доставая мобильный телефон.
— Гляди.
С экрана на меня смотрели двое детей лет семи-восьми.
Мальчишки с грустными глазами.
— Здорово, дядь Сереж. Обоих? — Ну, они братья. Зачем разлучать? Вдвоем им веселее будет.
— А вам — труднее.
— Я улыбнулась и погладила его по плечу.
— Но вы справитесь, я уверена.
Дядя перехватил мою руку и сжал пальцы.
— Спасибо, Тинка. Я тебе рассказать хотел… А то совесть замучила.
— Что? — я удивленно приподняла брови.
— Понимаешь… Ванька Жуков, начальник твоего Назара — друг ведь мой хороший.
— Это я помню.
— Ну и мы с ним как-то пили… — Ясно.
— Так, чуть-чуть. И он рассказал про своего зама, про Назара твоего. Сказал, что хороший мужик, правда, с характером, но надежный, детей любит, а вот — не женат, и в личной жизни не везет. И я тогда подумал — а вдруг? И попросил Жукова тебя в «Юркон» устроить.
Я так и села.
— Ну ты… даешь, дядь.
— Да ладно тебе, — дядя Сережа весело улыбнулся.
— Я решил, что хуже не будет. Если не получится с замужеством, то хоть с работой… — А вышло наоборот, — протянула я иронично.
— Хотя тут я не права. С работой тоже все получилось. Я поняла, чего хочу.
— Поступать будешь? — Ага. Пока на заочное, а там посмотрим. У Ярика по коммуникации огромный скачок из-за Юльки, так что, я надеюсь, со школой проблем не будет. По крайней мере по этой части. Да и мама поможет, если что.
— Сильная ты у нас, Тинка, — сказал дядя."
"— Хотя кажешься хрупкой, а на деле… очень сильная. Вон, какого тирана и деспота всей душой полюбила. Это же все равно что Кощея Бессмертного или Змея Горыныча полюбить! Я засмеялась, вспомнив Юлькин вопрос про «полюбить злодея».
Назар, конечно, совсем не злодей, да и не Кощей Бессмертный. И когда-то я совершенно не хотела его любить.
Теперь же… Рядом с ним я начинала ощущать себя более уверенной в себе. Словно то, что он меня полюбил, дало мне веру в себя.
Словно он сам делал меня другой, чуть лучше, чуть смелее, чуть увереннее. При этом не пытаясь сломать.
И я тоже не пыталась его изменить. Если уж любить тирана, то и за его тиранство.
Удивительно. Я никогда не мечтала о тиране, но теперь я не могу без него жить.
— В том-то и дело, дядь Сереж! — отшутилась я, не собираясь все это объяснять. Слишком личное.
— Если любить — от Кощея Бессмертного или Змея Горыныча. Не меньше! — Точно.
