Автор
В мире, где власть принадлежит только одному человеку, Эви сталкивается со своей тайной мечтой - отстранить его из власти. Книга "Тиран моей мечты" держит в напряжении читателя, исследуя границы справедливости и жестокости.
Я, кстати, уже научилась понимать, когда он доволен, а когда нет, хотя его лицо не всегда значительно менялось, по большей части оставаясь обычной холодной и высокомерной маской. По крайней мере мне так казалось поначалу, но потом я смогла увидеть разницу. Разница эта была невелика, но она была. И я даже не знаю, в чем… То ли морщины на лбу разглаживались, то ли уголки губ приподнимались. А может, все сразу.
Однажды вечером меня неожиданно поймал возле выхода из офиса Вячеслав. Красивый такой, не в костюме только, а в джинсах и кожаной куртке — резкий контраст с его братом.
Назар Миролюбович ходил осенью по улице в черном кашемировом пальто.
И я бы подумала, что Вячеслав пришел к брату, но… небольшой составной букет в его руке не мог быть предназначен Черному-старшему.
— Добрый вечер, Тина, — обворожительно улыбнулся Вячеслав.
— Добрый, — ответила я осторожно, попой ощущая неприятности. И они не замедлили последовать.
— Позвольте пригласить вас в ресторан, — сказал мужчина, делая шаг вперед и протягивая мне цветы.
— Прошу прощения, — проговорила я вежливо, — но я не могу.
Очень тороплюсь домой.
— Да ладно вам, Тина, — продолжала улыбаться эта обаятельная копия Назара Миролюбовича. — Это не займет много времени. Проведите со мной час, а потом я отвезу вас домой.
Честно говоря, мой опыт по отшиванию мужчин был весьма скуден. И я решила прибегнуть к самому верному способу.
— Я не могу, Вячеслав. Мне нужно ехать к дочери.
Улыбка Черного-младшего чуть дрогнула, но не растаяла окончательно."
"— У вас есть дочь, Тина? — Есть, — охотно кивнула я. — Юля. Ей три года.
И тут он улыбнулся еще шире.
— А хотите, я ее нарисую? Я онемела. Реально онемела. Стояла, хлопала глазами и не могла открыть рот.
И тут открылась входная дверь, выпуская на улицу Назара Миролюбовича.
Брови начальника поползли вверх, когда он увидел меня и Вячеслава, в руках у которого до сих пор красовался букет цветов.
— Кристина? Да, давненько он меня Кристиной не называл. Чую, завтра полетят клочки по закоулочкам. А может, даже и сегодня… — Слава? Что это значит? — Это значит только то, что я считаю твоего секретаря очень привлекательной женщиной и собираюсь пригласить на ужин, — отчеканил Вячеслав, становясь на пару секунд похожим на своего старшего брата. — Ее рабочее время окончено, и она вольна делать, что хочет.
