Автор
Придирался ко всему, оценивая кандидаток строго — каждый пункт требовалось удовлетворение. Правда, треть потенций даже не заставляла входить в дом: если Паша сомневался в чем-то одном, он моментально закрывал дверь перед носом претенденток. У Кати требований было меньше, но они были жестче: желательно старая и уважающая её женский авторитет, которая отсеивала всех на каждом шагу....
Набекрень положила в неё связку книг – коллекционное издание всех томов «Войны и мира», которое своим весом буквально пришпилило мужчину к полу.
– Остальную часть своей библиотеки я пришлю в течение недели. Пожертвование щедрое, но ради детей я готова пойти на любые жертвы.
С этими словами она вышла из кабинета и закрыла его на ключ, оставив ошеломлённого директора внутри.
У самой лестницы Ольгу Прокофьевну догнал отец побитого ребенка.
– Ещё раз ваш щенок тронет моего сына, я ему уши надеру, – ткнул пальцем в грудь Набекрень папаша, который был весьма высок и плечист.
"Идея с ушами понравилась женщине. Именно так, за ухо, она и тащила мужчину на четвёртый этаж, а потом ещё ходила по кабинетам, разыскивая школьного психолога, у которого собрались участники драки. Психолог, молодая выпускница педагогического университета, уже два часа при помощи проективной методики пыталась выяснить обстоятельства случившегося и найти корень проблемы.
Ольга Прокофьевна, зайдя в кабинет, молча вытащила из штанов армейский ремень и, хлестнув бляхой, точно хлыстом, расширила кабинет на тридцать сантиметров, сместив одну из перегородок.
Оказалось, что над Платоном издевались одноклассники только за то, что мальчик был нелюдим и молчалив. Он долго терпел, но сегодня была затронута тема родителей – святая для любого ребёнка. В ответ на оскорбления чести матери Платон выбил зуб обидчику книжкой Жюля Верна, которую теперь везде таскал с собой.
– Вот видите! Он дрался нечестно, бил Жюлем Верном! – пропищал мужчина, чьё ухо до сих пор было зажато между пальцами Набекрень.
– Скажите спасибо, что я не дала ему Толкина! – сказала Набекрень.
– Да как вы смеете! – закричал отец.
– Это не методы! – завопила психолог.
– Он меня ещё за руку укусил! – орал побитый одноклассник.
– Значит так! – рявкнула Набекрень и щелкнула ремнём в воздухе, чудом не пробив в пространстве чёрную дыру.
Вокруг стало так тихо, словно внезапно образовался вакуум.
– Отныне вы лучшие друзья! – сказала она, глядя на двух мальчишек.
Отец одноклассника хотел было воспротивиться, но Набекрень чуть сильней сжала пальцы, и тот окончательно сдался, слегка взвизгнув.
– Защищаете друг друга и помогаете во всём. А если я узнаю, что кто-то кого-то предал, я… – она щелкнула ремнём в последний раз, и тектонические плиты земли немного сдвинулись.
