Автор
Придирался ко всему, оценивая кандидаток строго — каждый пункт требовалось удовлетворение. Правда, треть потенций даже не заставляла входить в дом: если Паша сомневался в чем-то одном, он моментально закрывал дверь перед носом претенденток. У Кати требований было меньше, но они были жестче: желательно старая и уважающая её женский авторитет, которая отсеивала всех на каждом шагу....
Как только смартфон Паши почувствовал отечественные волны 5G, его мозг буквально вскипел от уведомлений. Сотни пропущенных вызовов, СМС, сообщений во всех известных мессенджерах и социальных сетях. Катя каким-то образом смогла даже отправить пару MMS и несколько тревожных открыток на страницу Паши в «Одноклассниках», куда он заходил лишь однажды – в две тысячи десятом году.
Моторола Ольги Прокофьевны брякнула только дважды. Первое СМС пришло от МЧС: «Надвигается ураганный ветер и заморозки, будьте осторожны!» Второе сообщение было от них же и состояло всего из трёх слов: «Извините, не вам».
* * *В такси Паша выстраивал логичную цепочку объяснений, но Набекрень отказывалась участвовать во вранье, пусть даже от этого зависела судьба целого семейства. Домработница не для того годами драила и полировала свою карму. Она согласилась лишь молчать и соблюдать нейтралитет.
Катя почувствовала их приближение, когда принимала ванну – вода в ней задрожала от шагов гружёной Набекрень. Укутанная в халат Катя встречала мужа, скрестив руки на груди и ожидая самого логичного оправдания его суточного отсутствия.
– Я покупал нам камин! – заявил Паша сходу.
– Камин?
Даже Ольга Прокофьевна была в шоке, но виду не подала. Не ей судить о качестве вранья. Паша столько времени пудрил мозги жене, что наверняка без проблем смог бы объяснить наличие расчленённого трупа в ванной.
– Да, камин. Я поехал в магазин каминов, но в торговом зале была только одна ерунда. Тогда мне дали адрес их склада.
– Так и было? – Катя сурово посмотрела в глаза Ольге Прокофьевне.
Набекрень молчала, словно набрав в рот воды. Её лицо не выражало ни единой эмоции, сердце билось ровно, как кремлёвские часы, она могла контролировать даже пот и температуру собственного тела.
– Почему вы молчите?
– У Ольги Прокофьевны сейчас неделя молчаливой медитации, – взял слово Паша. – Она буддистка, представляешь?
Набекрень поражалась находчивости Павла. Мужчина говорил о вполне возможных вещах. Раз в год она так и делала, но для Кати это всё звучало как полный бред.
– А почему у тебя всё лицо обгоревшее? – она снова обратилась к мужу.
– На складе было холодно.
