Автор
Придирался ко всему, оценивая кандидаток строго — каждый пункт требовалось удовлетворение. Правда, треть потенций даже не заставляла входить в дом: если Паша сомневался в чем-то одном, он моментально закрывал дверь перед носом претенденток. У Кати требований было меньше, но они были жестче: желательно старая и уважающая её женский авторитет, которая отсеивала всех на каждом шагу....
К концу дня по гарантии было возвращено тридцать процентов сданных когда-то приборов.
– Молодец, Антон! – хвалил техника Игнат. – Чего это ты так взялся за работу?
– Да меня наша новая уборщица немного поднатаскала, – улыбался во все тридцать два зуба мастер.
– Яс-с-с-но. Сколько у нас на сегодня новых деталей, снятых с оборудования? – перешёл Игнат к главному интересующему его вопросу.
– Ноль! – гордо заявил Антон.
– Что значит ноль? – Игнат схватил мужчину за грудки и прижал к стене.
– Так ведь мы всё починили, ничего менять не пришлось, – стонал от боли мастер.
– Ты что – идиот? Забыл, зачем тебя на эту должность поставили? Ты должен был новое снимать, а старое ставить! Я тебе за э́то плачу́, а не за ремонт!
– Разве? – искренне удивился мастер, а Игнат еще сильней сжал пальцы.
– Прости-прости, но она весь день стояла у меня над душой и проверяла, чтобы я всё чинил как полагается.
– Что?! – брызнул слюной Игнат. – Вот гадина! Сначала грузчиков довела до слёз, теперь вот это! Хочет свои руки в мои дела запустить и всё под себя подмять! Ну уж нет!
Сказав это, он наконец отпустил бедного Антона и направился к директору, чтобы поделиться мнением насчёт новой сотрудницы.
* * *– Знаете, что она себе позволяет?! – кричал в кабинете Яны Рудольфовны старший менеджер.
– Кто? – удивилась директор.
– Эта уборщица!
– Клининг-менеджер? – переспросила Яна.
– Да! Полный клининг! Суёт свой нос не в свои дела!
– А в какие именно дела она суёт свой нос? – навострила уши начальница.
– Да во все! Она – простая поломойка, а смеет учить наших сотрудников, как надо работать! Лезет советами к техническому отделу! Общается с покупателями!
– Короче говоря, делает то, что должны делать вы? – Яна Рудольфовна смотрела исподлобья в красные глаза своего заместителя.
Тут Игнат начал задыхаться от злости. Ноздри его раздувались, губы дрожали, зубы скрипели.
– Она хочет нам здесь всё испортить! Уж поверьте, это – засланный казачок, который сеет саботаж внутри организации! Но ничего, я с неё глаз не спущу! Я её везде увижу и буду контролировать каждый её шаг!
– Ноги поднимите, я протру, – сказала возникшая из ниоткуда Набекрень, и Игнат подскочил на месте, громко вскрикнув от испуга.
– Давно она здесь? – спросил он шёпотом у Яны Рудольфовны.
– Зашла перед вами и сразу начала убираться, – пожала плечами директор.
– Я вас выведу на чистую воду! – крикнул напоследок Игнат Ольге Прокофьевне, пятясь к двери.
– Главное, не наступите в грязную, – сказала Набекрень.
