Автор
Придирался ко всему, оценивая кандидаток строго — каждый пункт требовалось удовлетворение. Правда, треть потенций даже не заставляла входить в дом: если Паша сомневался в чем-то одном, он моментально закрывал дверь перед носом претенденток. У Кати требований было меньше, но они были жестче: желательно старая и уважающая её женский авторитет, которая отсеивала всех на каждом шагу....
– Лезть в чужой разговор невежливо! – крикнула ему Ирка из соседнего салона и, обращаясь уже к Любе, продолжала: – Ты этих инструкторов не бойся! Они все бабники и сволочи! Я тебе точно говорю! У меня один такой – муж. Правильно я говорю? – толкнула она в плечо водителя, отчего их машина вильнула в сторону. – А Танька-то разводится!
Последняя фраза полностью убила внимание Любы. Водитель соседней машины понял, что сейчас начнётся неизбежное, и дал по газам. Люба, не слушая голос разума в лице Валентина, тоже вдавила педаль и резко пошла на «взлёт».
– Стойте, Любовь! Медленнее! На дорогу смотрите!
Инструктор нервно жал на кнопку, но Люба не давала стеклу подняться.
– Короче, звонит мне вчера Платонова… – рассказывала Ирка уже на скорости семьдесят километров в час.
Ледяной ветер быстро поборол печку в салоне Валентина и теперь жёг ему лицо и легкие. Мужчина кричал, но его крик легко перебивал спокойный голос из соседской машины.
Муж Ирки, понимая, что нужно скрываться от преследования, перестраивался, резко тормозил, уходил в поворот без поворотника, прыгал на лежачих полицейских.
Оторваться муж Ирки смог на большом перекрёстке, где он проскочил на бледно-розовый, а Валя своей ногой смог достать до тормоза на водительской стороне.
– Вы с ума сошли?! – закричал вспотевший Валентин, чей дезодорант всё же проиграл вонючую битву.
– Да я-то тут причём, это Танька в Эфиопию собралась, а не я.
– Какая, к чёрту, Эфиопия?! – голос Валентина срывался на фальцет. – Вы же за рулём! Вы должны быть внимательны, следить за дорогой, соблюдать скорость, интервал, следить за знаками, в конце концов! – Валентин вытирал лоб тряпкой для лобового стекла.
– Простите. Вы правы. Больше не буду.
– Ладно, давайте трогаться – уже жёлтый.
Люба завела машину, включила первую передачу и… заглохла.
– Ничего! Не переживайте! – орал Валентин.
Люба кивнула и снова завелась. Машина дёрнулась, но не проехала и метра.
– Попробуйте плавней отпускать сцепление.
Сзади раздалось протяжное «ту-у-у-у».
– Чего он сигналит?
– Нервничает, не обращайте внимание.
